- Привет, – рассеянно улыбнулась я ей, открывая дверь, – Ты чего так поздно? Заходи…
Она молча проследовала за мной в квартиру и закрыла за собой дверь.
- Пойдем, поговорим, – тихо попросила она и, повесив вещи на вешалку, зашагала на кухню.
Затем поставила чайник и стала заваривать чай. Она давно привыкла к моей квартире и чувствовала себя, как дома. По определению. Иначе быть и не могло. За все то время, что мы были вместе, мы привыкли, что живем вместе, именно поэтому моя квартира – ее квартира, а ее квартира – моя. И даже та небольшая квартирка, которую подарил нам Ваня – тоже наша. Но теперь мы там не живем, и с ней нас связывают только воспоминания. Теплые, яркие, каких больше не будет. И та крыша, в том доме, она незаменима, незаменим тот закат, который мы провожали, тот рассвет, который мы встречали. Все незаменимо, даже та квартира. Но ее больше не будет, если только мы не наведаемся туда как-нибудь. Не сейчас, потом. Может быть. Нарушим покой Вани, которого уже давно нет с нами. И никогда не будет, так же, как и квартирки, которую он нам подарил. Возможно, когда-нибудь мы наведаемся к нему на чай, купим вкусный-вкусный торт, тот, который он покупал еще в те времена, когда мы зависали сутками в офисе. И он все вспомнит и улыбнется нам самой грустной, самой искренней и самой безнадежной улыбкой на свете. Мы будем вспоминать что-нибудь, что когда-то было связанно с нами. Он это никогда не забудет, я это знаю. Мы это никогда не забудем, и это я знаю. Но я надеюсь, что это когда-нибудь будет. Не сейчас…
А пока вскипел чайник, который вывел меня из задумчивого состояния. Я сидела за столом и наблюдала за тем, как Волкова разливает чай по кружкам, затем она поднесла их к столу и поставила.
- Так, что случилось? – я оперлась на локоть и внимательно посмотрела на девчонку, которая давно уже не была девчонкой.
Она, как минимум, будущая мама, красивая девушка с перспективой выйти замуж за олигарха или руководителя какого-нибудь нефтяного производства (который тоже наверняка олигарх), но никак ее нельзя было назвать девчонкой.
- Ты с Игорем встречаешься что ли? – спросила она, глядя мне прямо в глаза.
- С чего ты взяла? – опешила я, удивленно округлив глаза.
Нет, мы не встречались. Мы даже не любили друг друга, как любили мы друг друга с Волковой. Мы даже не были идеальными любовниками, потому что время не позволяло мне нежиться в его объятиях. И у нас не было перспективы на успешную свадьбу и кучу детишек, которые были бы такими же умненькими и талантливыми, как их родители. А еще я ненавижу слово «встречаться», это не то, что я хотела бы сказать в ответ. «Мы вместе» – это другое дело, но даже это я не могла ответить.
- Я видела тебя с ним, – холодно и почти безразлично сказала она.
Как убедительно она врет, точнее сказать делает вид, что ей все равно. Я знаю, что это не так.
- Что ты имеешь в виду? Ты же знаешь, что я часто с ним пересекаюсь, мы общаемся, ужинаем, – я сделала безнадежную попытку сделать вид, что ничего не происходит.
- Лен, ты прекрасно знаешь, о чем я, – произнесла она чуть раздражительней, – Я видела вас сейчас, когда шла к тебе. Вы целовались в машине, будешь продолжать делать вид, что ничего не происходит? – она сложила руки и уставилась на меня, испепеляя взглядом.
- Мы всего лишь целовались! – развела руками я, – Неужели я совершила что-то криминальное?
- Да нет, – протянула она, – но друзья так не целуются. Я думала, что вы займетесь сексом прямо в машине. Вы еще не спали?
Она говорила это настольно монотонным голосом, холодным, безразличным, что мне показалось, будто она совсем незнакомый мне человек, который спрашивает: «как пройти в библиотеку?» или «не подскажите, сколько время?». Но, к сожалению, это была она. Та, которую я любила. Искренне и по-настоящему. Та, которой было собственно все равно, спали мы или нет.
- Юля, прекрати, – я зло отхлебнула чай и уткнулась взглядом в кружку, – Мы не спим с ним.
- И как ты еще держишься? – не могла угомониться она, – Он красавчик, я бы с таким переспала, и ты тоже ничуть не хуже его, я бы с тобой…
- Волкова! – я встала и ударила ладонью по столу.
- Что? – она подняла голову, зацепившись взглядом за меня, и засмеялась, – Ты еще покрасней! С каких пор ты не разговариваешь на эти темы?
- Я никогда о них не разговариваю!
- Да? – протянула она так сладко, что у меня побежали мурашки, – А как же наши интервью? Помнишь, наверное, в 2003 или в 2002 году ты говорила, что мы занимаемся с тобой сексом, как мы любим друг друга. Ты постоянно всем говорила, что мы с тобой спим, хотя мы с тобой никогда и не спали. Помнишь, как ты отлично фантазировала на эту тему? И все тебе верили!
- Да пошла ты! – совсем разозлилась я и молча вышла с кухни.
Да, такое было, и я говорила, черт побери, об этом. Но это того требовало. Ваня говорил, что нужно отвечать в таких интервью. И это было всего лишь провокацией – не более того. И да, мы никогда не спали, мы даже не любили друг друга так, как любили потом. Мы дурачились, может, нам было просто интересно. И уж тем более я никогда не фантазировала на эту тему. Почти никогда. Когда моя крыша окончательно уезжала, я придумывала себе сказку о том, что мы любим друг друга, но это было так редко, что сейчас я уже и не вспомню об этом.
Я наглухо засела в своей комнате, закутавшись в одеяло. Что-то я замерзла. Меня морозит из-за того, как она себя везет. Совсем бестактно и дерзко. Кто она такая, чтобы судить меня, чтобы так говорить? Никто! Всего лишь та, которую я люблю.
- Лен, прекращай! – через несколько минут Волкова появилась в дверном проеме, – Я пошутила!
- Смешная шутка! Посмеялась от души, – фыркнула я, совсем не в настроении разговаривать.
- Ладно, извини, я перегнула палку, – она присела на край кровати и попыталась взглянуть мне в глаза.
Безуспешно.
- Хоть что-то ты понимаешь, – удрученно вздохнула я, посильнее закутавшись в одеяло, – С Игорем мы вообще-то не спали и пока не собирались. Я знаю, что ты все равно не отстанешь от меня.
- Я рада! – заулыбалась она.
- Чему ты рада? – спросила я без особого энтузиазма.
- Тому, что ты не спала с ним.
- Ты ведь сама бы хотела с ним спать, ты же говорила…
- Ну и что, – пожала плечами она, – Это я, а это ты. Ты у меня умница…
- Умницы не занимаются любовью? – решила уточнить я.
- Занимаются. Ты же занимаешься… – она закусила губу и забралась ко мне под одеяло.
Очень нагло.
- Давай закроем эту тему? – предложила я и отвернулась.
- Закроем, – кивнула она, но все же осталась со мной под одеялом.
- Так, вернемся к первоначальному разговору, у тебя что-то случилось? Ты чего вдруг решила навестить меня?
Она заметно притихла и загрустила. Такой я редко видела ее, точнее сказать, практически никогда.
- Мы с Пашей расстались, – задумчиво произнесла она после минуты молчания, – Взяли и расставились, но со своим животом я уже не расстанусь… Не дождется!
- Что? Почему? – я была искренне удивлена такому повороту событий.
Такой сюжет только для бразильских сериалов, в исключительных случаях для испанских (да, Испания еще славится своими сериалами). Но это не сериал, и Юлька действительно рассталась с Пашей, которого она так старательно боготворила или делала вид, что боготворила. А сама в то время, когда он ждал ее дома (хотя даже в этом я уже сомневаюсь), она спала где-то далеко от него и совсем не с ним. В таком случае логично было слышать такой плачевный итог. Она – спала не только с ним. Он – спал не только с ней. Поэтому совсем логично слышать этот конец, но все же я искренне удивлена.
- Как оказалось «единственных» у него много, я не одна такая. Интересно, подружек брюхатых у него много? – раздраженно рассуждала она вслух.
- Он что, изменил тебе с кем-то?
- Совсем не удивительно, – коротко сказала она, что означало «Да, конечно! Этот скотина укладывал всех девчонок, которые попадались ему на глаза, но жил, мать твою, со мной, в моей квартире, на мои деньги, так я еще и его ребенка ношу! Скотина, тварь…»
Все это ясно можно было прочитать в подтексте ее слов. И я поняла ее, как не понял бы никто.
- Ты думаешь, что все безнадежно и окончательно покончено с этим? Может, он вернется? – это мало похоже на попытку поддержать самого близкого тебе человека.