- Не знаю, – даже растерялась я, не ожидая таких от нее слов, – А ты сама, что думаешь по этому поводу?
- Без понятия, поэтому тебя и спрашиваю. Мне кажется, что я тоже по нему скучаю…
- Может, ты дашь ему еще один шанс? – несмело предложила я, и мое горло тут же пересохло.
Это произнесла я. Я – та, что недолюбливает Пашу. Не любит, не терпит, ненавидит. Он не тот человек, который должен быть с Юлей. Это могла бы быть я, но есть столько НО. И в конечном итоге мы бы не были счастливы – это я повторяю себе изо дня в день. Повторяла изо дня в день после того, как мы разошлись. Навсегда. Это было совсем уместно, я всего лишь оправдывала себя за прошедшие года, которыми мы не воспользовались по полной.
Мы бы все равно не стали бы счастливыми…
Потому что вокруг столько НО…
- Может, – пространственно отвечает она, – Когда-нибудь, может быть…
Полдня мы сидим у Юльки, редко о чем разговаривая. Но других перспектив у меня нет. У нее – тоже. Позвонили Борису, поговорили об идущих делах, о скорой записи второго альбома (чего в данный момент я ждала больше всего на свете). Пришла пора ехать к Игорю, и Юлька, предчувствуя это, всячески оттягивала этот момент. Сама не знаю почему. Могу только догадываться, но кому нужны мои догадки? Я и сама не хочу их слышать. Всего лишь накручиваю себя. «Говорят это бред, называют больной. Я тобою больна, я болею тобой» – все, как строчки из песни. Все так просто. Все так сложно. Так или иначе – нужно было ехать. Разжать ее пальцы, держащие мою руку, опустить взгляд, не смотреть в ее глаза, в которых «немой крик». Так или иначе – нужно было уходить. И даже она понимала это. Я ушла от ее в половину шестого с тем расчетом, чтобы успеть переодеться дома. Много времени это не заняло. К Игорю я приехала вовремя.
- Привет, дорогая! – он широко распахнул входную дверь, давая мне пройти, – Прекрасно выглядишь.
«Прекрасно выглядишь» – звучало почти, как Волковская «милочка» – приторно и эротично. Заметив это, по моей спине пробежали мурашки.
- Спасибо, ты тоже,– н автомате ответила я и вошла к нему в квартиру,– Что сегодня у нас в программе?
- Эротический ужин, а затем отличный секс,– смеется он.
Я смеюсь вместе с ним, а в голове крутятся Юлькины слова. И вроде бы должно быть не смешно, но эротический ужин – звучит заманчиво.
- Эротический ужин, говоришь? – промурлыкиваю я и, прикрыв глаза, приближаюсь к нему вплотную, – Звучит неплохо. Эротично, это как-то по-испански.
- Именно поэтому я и рассчитывал на твой положительный ответ. Ты ведь согласна? – добродушно улыбается он и нежно обнимает меня за талию.
Вместо ответа я чуть поднимаюсь на носочки и целую его в уголок рта. Он ласково ловит мою нижнюю губу и слегка кусает ее.
- Подожди, еще не начался ужин, – я прикладываю свой пальчик на его губы, – Пошли…
Я сама веду его в ту комнату, где меня ждет сюрприз.
Мы заходим и присаживаемся на просторный диван. Игорь разливает вино. Я вспоминаю о словах Волковой, будто он что-то подсыпал мне. Но сейчас бутылка была закрыта. И в бокалах ничего не было. Я сама накручиваю себя. Он нормальный человек. Тем более, если вчера ему что-то обломилось, то сегодня бы он вновь подсыпал мне чего-нибудь. Эта мысль быстро улетучивается из моей головы, когда мы чокаемся. Я подношу стакан к своим губам и пью. Красное полусладкое. Неплохо, у него отличный вкус, впрочем, это отличительная черта испанцев. Русских испанцев. Каким был он.
Мне кажется, что нашелся тот человек, в которого я влюбилась без остатка. С того самого Мадрида – влюбилась. И ничто уже не помешает мне любить его. Мы разговариваем весь вечер о нас, об Испании и больших площадях, об искусстве и музыке, о нашей гребаной политике и даже о том, что сейчас все скупают доллар. О том, что у Марины Цветаевой была любовница, и не одна, о том, что Есенин любил ругаться матом и ходил по кабакам, рассматривая проституток. Разговаривали о том, что будет этим летом, что было прошлой зимой. И за всеми этими разговорами мы выпили всю бутылку, съели почти все. Тогда, по логике вещей, нужно было приступить ко второй части программы. А второй частью, если мне не изменяет память, был секс.
Наверняка он читает мои мысли! Потому что в следующую секунду он подсаживается ко мне ближе и говорит:
- Какой-то не особо эротичный ужин получается. Дай-ка я тебя покормлю. Тебе ведь нравится виноград?
Я довольно жмурюсь и киваю.
Игорь уходит на минуту на кухню и возвращается обратно с виноградом в руках. Очень романтично – ловлю я себя на мысли. Он подсаживается ко мне вплотную, приобнимая одной рукой. Другой – он берет ягодки винограда и играется со мной, отправляя одну за другой мне в рот. Даже до таких изысканных игр мы с Волковой, к сожалению, не дошли. Нас хватало только на то, чтобы перелить друг другу в рот какой-то непонятный коктейль. И это был самый оригинальный способ. Надо бы что-то с этим сделать. Когда-нибудь. Не сейчас….
Сейчас – я занята совсем другим. Есть с его рук – очень романтично. Есть один виноград на двоих – очень эротично.
Половина виноградины – зажато у меня в зубах, половину – пытается отхватить он. И все так просто – мои губы касаются его губ. Он медленно, постепенно углубляет поцелуй, запуская свой язык в мой рот. Его руки с талии плавно переползают выше, затем путаются в моих непослушных волосах. Я притягиваю его к себе еще ближе, обвивая его шею руками. Наши тела максимально прижаты друг к другу. Чувствую, как каждая мышца на его теле напряжена до предела. Все идет, как по маслу…
Мне хорошо с ним, даже очень.
Хорошо до того момента, пока я не начинаю забивать свою голову идиотскими мыслями о Юле. О нашей первой ночи после концерта в Японии. Как нам было хорошо. Нет, не просто хорошо. Такого, наверняка, больше не повторится. Es una pena. Она была так нежна со мной, так аккуратна и все ее прикосновения были, словно мягкие перья касались моей кожи. Это было нереально. Я открываю глаза, и на секунду мне кажется, что передо мной – она. Уже второй день подряд у меня эти галлюцинации. Но это не она, это – он. Он такой же нежный и ничем не хуже ее. Почти не хуже…
Его руки уверенно стягивают с меня кофту, немного копошатся с лифчиком, но все позади… Он покрывает поцелуями все мое тело, не давая шанса мне убежать, не давая шанса на раздумья.
Неожиданно начинает звонить телефон.
- Не бери трубку, – шепчет он мне в шею.
- Не буду, – шепчу я ему в ответ.
Чувствую, как он умело обходится с моим телом. Меня начинает трясти, волна возбуждения накрывает меня с головой. Но телефон все еще продолжает звонить. Кому там жить надоело? Я прижимаю его голову к своей груди, откидываясь назад от наслаждения. Он на секунду отстраняется и любуется мною. Еще бы – голая девчонка лежит на его кровати, а он будет недоволен? Не теряя времени, он снимает с меня джинсы и запускает руку между ног.
Юля, Юля, Юля – крутится у меня в голове, и я начинаю трусить. Про инерции сжимаю ноги.
- Что случилось? – обеспокоено спрашивает он.
- Телефон! Он мне мешает, – вру я.
- Отключи его! – он быстрее встает и подает мне его.
- Подожди! – я смотрю на дисплей и вижу, что это Волкова, – Это Юля звонит!
- Господи! – чуть ли не проныл он, – Что опять? Она без тебя и пяти минут прожить не может?
- Ну мало ли что случилось? – виновато произношу я, – Я возьму трубку?
- Может, потом? Лен, я уже не могу, – он спускается губами к груди, продолжая целовать ее.
- Это не займет много времени, – тихо прошу я и нажимаю кнопку «ответить».
- Алле! Волкова, черт подери, что тебе надо? – зло говорю я в трубку.
- Лен, Лен, мне плохо… – совсем тихо говорит она, и я едва могу разобрать ее слова.
- Что? Я не слышу тебя! Что там?
- Мне плохо, ты можешь приехать? Пожалуйста…
- Я у Игоря! Ты же знаешь! – начинаю злиться я.
- Я прошу тебя, мне кажется, что я… – начинает было говорить она, но связь резко прерывается.
Я начинаю перезванивать ей. Абонент не абонент. Она издевается?
- Господи! Как мне все надоело! – зло бормочу я, – Игорь, мне нужно уехать!
- Что? – совсем опешил он, отрываясь от меня, – Почему?