- Хороший совет. – Фыркнула я, старательно отводя взгляд от ее груди. – Можешь одеваться, кстати…
- Сейчас, только карты вот сложу и…
Неожиданно дверь распахнулась, и к нам влетел какой-то паренек, вероятно из рабочего персонала. Юлька тут же прикрылась одеялом.
- Пошел на х*й отсюда! – Заорала она на бедного мальчишку. – Стучать надо, недоумок! Как вас тут таких еще держат?
- И-извините, мне просто сказали передать, что машина за вами уже приехала. – Заикаясь, произнес он, смотря в пол.
- А позвонить нельзя что ли? – Тоже не на шутку разозлилась я.
- Так у вас что-то с телефоном!
Я взглянула на телефон – трубка и правда почему-то не лежала на нем. Мобильные были разряжены. Ну и ладно.
- Пошел вот отсюда! Скажи спасибо, что мы на тебя не нажалуемся. – Крикнула Волкова ему в спину.
Быстро собравшись, мы вышли вниз, машина и правда стояла у входа в гостиницу. Мы тут же сели в нее и выехали к аэропорту. На месте нас встретили музыканты и Борис, который все катался с нами, непонятно зачем. Он, заметив нас, заулыбался, что насторожило меня.
- Добрый вечер. – Поздоровался он.
- Привет.
- Ну как отель? Развлекаетесь? – Весело спросил он.
- В смысле? – Спросила я, начиная заводиться с полуоборота.
- Да мне тут уже передали с ресепшена, как вы там Бог знает чем занимаетесь.
- Что значит «Бог знает чем»? – Вскипела Волкова, и я подумала, что кому-то сейчас не повезет..
- Мне в подробностях рассказать?
- Нет. – Прервала его я. – Этот кретин тебе что-то сказал? Придурок, вот недоумок, правда что! Мы просто…
- Переодевались! – Вставила Юля, и я улыбнулась ее сообразительности. – Что тут такого?
- Он сказал, что вы едва не накинулись друг на друга…
- У парня больная фантазия. – Парировала моя девочка. – Разве мы можем? Мы же не лесбиянки-и-и! Правда, Ленок?
- Правда! – Подтвердила я, мысленно обхватывая Волкову за ее смышленую голову. – Больше слушай их, Борь!
Он ничего не ответил, только улыбнулся, мол: «Да делайте вы что хотите».
======
С наступлением нового альбома – наступило новое время. Изменилось – все. И все об этом знали, почти обо всем. Если раньше, мы изображали неземную любовь на сцене, а сойдя с нее вновь становились подругами, то сейчас было совсем по-другому. Мы не играли в любовь, только по привычке держались за руки, а едва сходили со сцены – я чувствовала неожиданный прилив нежности к моей Юльке. Но на всю жизнь я запомнила единственную фразу, которая никак не выходила из моей головы. Я не помню, кто об этом заикнулся, кто посмел об этом сказать, перевернув мою жизнь с ног на голову, но такой подлец нашелся! И это даже не из книг, не из тех пыльных книг, что лежат у меня дома на таких же пыльных полках, эта фраза с тех страниц, что были небрежно завернуты Ленчиком, или где покоились разноцветные стикеры Кипер! И черт бы побрал этого человека, который заикнулся об этом. Не помню где, когда, при каких обстоятельствах! И лучше бы я была пьяна, была в любом другом состоянии, – лишь бы не запомнить это! Но эта фраза почему-то так настойчиво въелась в мою голову, что избавиться от нее не представлялось возможным, как бы я не старалась. И почему именно эти слова? Почему? Я никак не могла понять!
«Никогда нельзя быть уверенным, что тебя не предадут», – сказал мне кто-то и когда-то.
Единственное, что я помню – это было в 2005 или в 2006, после одного из выступлений. Это я помню точно и ясно, как будто это было минуту назад. И помнила бы я лицо этого негодяя… Черт бы его побрал, он(или она, что не имело значения) заставил меня задуматься об этом. Задуматься… И с тех пор эта мысль практически не покидала мою голову. Это было сказано не просто так, а явным намеком. С явным ожиданием предательства! Как я ненавижу эти загадки, ребусы, которые так и не научилась разгадывать! Я ненавижу, когда мне говорят вроде бы простые слова, но их смысл стоит все равно оценивать, блуждая в своих мыслях! Так и та фраза, она явно была сказана не просто так. И надо было думать о ней каждую секунду. Только бы разгадать тайну…
Теперь – на одну тайну у меня стало больше. Даже на две! С недавнего времени, я просто и тупо поняла – кулона на моей шее нет. Но Юлька как будто этого не замечает. Или она попросту забыла о нем. Я искала его во всех потаенных местах, но так и не нашла. Странное дело. Кулон, как будто, сам, по своему желанию то взбирался на мою шею, то трусливо и самым предательским способом сбегал! Ну и пусть…
В тот день у нас было не слишком много дел, как в другие дни. Утром – интервью для немецкого телевидения, днем – небольшая фотосессия, а после еще одна, для какого-то модного здешнего журнала, а вечером всего лишь какая-то деловая встреча. Сам факт – чтобы мы были и не более того. После всего рабочего дня, мы с Юлькой остановились в гостинице. Как обычно. Она предложила принять ванну. Давненько я не слышала от нее подобных предложений. Ванна с Волковой – фантастика из прошлой жизни, в которой мы еще почти не знали друг друга. Я не знала о ее маленькой родинке около груди и на внутренней стороне руки, выше локтя. Она не знала о моих родинках на левом боку их целых две. Ну и черт с ними. И я даже не препиралась, не отказывалась от такого предложения. Мы слишком устали. Она включила воду и позвала меня, говоря о том, что зачем дожидаться пока вода наберется? И я согласилась с ней. Мы быстро скинули с себя одежду и залезли внутрь. Я легла к краю и прикрыла глаза. В тот же момент он ловко проскользнула между моих колен и легла сверху. Ее волосы набили мой рот. Я помогла ей подползти ко мне, чтобы было удобней лежать. Мои руки покоились на крае ванной, она положила свои сверху. Так мы и лежали, нежась в горячей ванне.
- Ты не видела мой кулон? – Спросила я, спустя какое-то время, нарушив все умиротворение.
- Тот, что я дарила тебе на День Рождение? – Решила уточнить девчонка.
- Да, тот самый. Представляешь, висел у меня на шее и на тебе – пропал! – Возмутилась я.
- Странное дело, – засмеялась она, но почувствовав затылком мое негодование, смягчилась, – правда, странное! Понятия не имею, где он может быть!
- Странности происходят. – Протянула я, и решила на этом закрыть тему. – Тебе ничего это не напоминает?
- Что твой кулон исчез?
- Не, я про ванну! – Улыбнулась я. – А то я тут вспомнила…
- На твой тот самый День Рождение мы лежали так же, только у тебя кулон на шее был. – Прочитала она мои мысли.
Читать мои мысли – ее фетиш. Она всегда увлекалась этим, и ее так втянуло, что она могла безошибочно говорить за меня то, что я хотела сказать в следующую секунду. Такая вот, моя девочка.
- Но его сейчас нет?
- Сейчас его…, – она решила убедиться в том, что он не висит на мне, поэтому ощупала мою шею. – Все правильно, не висит. Куда ты дела его?
- Я же говорю – он сам пропал.
Она засмеялась и вновь откинулась на меня. Странная какая-то Юлька сегодня.
- С тех пор почти ничего не изменилось, – заливаясь смехом, сообщает она мне.
- Ну да, конечно! Прошло столько лет, вокруг поменялось все, и мы даже сейчас не в Москве, а ты говоришь – ничего!
- Совсем ничего не поменялась! – Уверяет она меня. – Ты все так же боишься посмотреть на меня, и у тебя все та же мягкая грудь.
Теперь и я смеюсь вместе с ней.
- Ну, Волкова, ты как обычно! На счет груди еще может быть, а вот на счет того, что я боюсь… шутница! Я теперь не боюсь, не только смотреть, но и трогать! Так что не нарывайся мне тут, юмористка! Ну, даешь!
- Боюсь-боюсь! – Завопила она и я обхватила ее шею руками. – Катина, сама ты юмористка! Я просто люблю тебя провоцировать!
- Ты всегда это любила, – усмехаюсь я совсем беззлобно, – просто признайся, что тебе это доставляет удовольствие.
- Провоцировать? Конечно, а еще больше, когда ты таким провокациям поддаешься, – беззлобно смеется та. – Тебе ведь тоже?
- А то ты не знаешь?!
- Знаю. – Улыбается она и перемещает мои руки на ее живот. – Я ребеночка хочу…
- Еще одного? – Через минуту стопора, спрашиваю я.
Честно говоря, я не ожидала от Юльки такого. Нет, конечно, любая женщина хочет детей, но наша карьера итак очень затормозила из-за ее декрета.
- Да. Но не сейчас, чуть позже…