— Думаешь, мы ни на что не способны? — озлобленно рычит третий, стиснув в руке оружие. — Зря так думаешь! На пол, или я тебе докажу, на что я способен.
— Стреляй, — пожимает он плечами и скрещивает руки на груди, — а я посмеюсь.
В этот момент раздается выстрел, за которым следует еще один. Деймон дергается в сторону, и пуля врезается в стену в нескольких сантиметрах от того места, где только что стоял он. Первый же парень падает на пол, зажимая руками кровоточащую ногу, и двое других испуганно смотрят на него, пытаясь понять, что происходит и что им делать. Сальваторе переводит взгляд на Елену, которая уверенно сжимает в руке пистолет, и длинно выдыхает.
— И зачем ты это сделала?
— Не за что. Я правильно выстрелила?
— Неа, надо было левее. Там были бы мышцы и кожа, а тут, кажется, кость. Хотя реакция и выстрел в целом неплохи, молодец. Ну, а вы… — он не договаривает и осекается, когда поднимает голову и видит в руке одного из парней гранату. Секунда уходит у него на раздумья, а потом он толкает Елену на пол и сам падает сверху, прикрывая ее собой: — Всем лечь на пол! — слышится его крик за секунду до того, как раздается взрыв.
Комментарий к 27. Выросшая. ПБ в помощь, не успеваю перечитать :(
====== 28. Сорвавшаяся. ======
Комментарий к 28. Сорвавшаяся. Keniia – Abyss of madness
— Цела? — хрипит Деймон над ухом Елены и приподнимается, оглядываясь.
Один из стеллажей полыхает, испуганные посетители медленно приходят в себя, не менее ошарашенные «грабители» силятся подняться с пола, помогая покалеченному другу, который оказался ближе всего к выходу. Одна половина его лица обгорела, и он стонет, не в силах открыть раненый глаз.
— Вроде, — сипло отзывается она и кашляет от едкого запаха, пытаясь встать на ноги, но в этот момент Сальваторе резко вскакивает и, рывком подняв ее, толкает к двери.
— Беги отсюда, срочно!
— П-почему? — Елена замирает на месте, оглядываясь, но чисто инстинктивно отступает к двери, пока Деймон орет на людей, едва ли не выталкивая их из магазина. Устроившие суматоху парни начинают оглядываться, испуганно глядя на самодельную бомбу, и, вдруг закричав, сами несутся к выходу, расталкивая толпу. — В чем дело?! — кричит она, пытаясь перекричать шум, но Деймон лишь рявкает на нее, помогая подняться какой-то женщине.
— У них «чесночница»!
— Чего?!
— Бомба из нескольких залпов, сейчас снова рванет, нам нужно выходить, — он хватает ее за локоть и выпихивает на улицу, одновременно держа на руках маленькую девочку. Поставив ее на асфальт, он даже не смотрит на Елену и заскакивает обратно.
Пару секунд она не двигается, а потом бросается следом и поторапливает оставшихся посетителей, после чего идет дальше, пытаясь рассмотреть в дыму силуэт Деймона. В какой-то момент она видит, что он старается поднять грабителя, которого бросили его товарищи, и, чертыхнувшись, подскакивает к нему и подхватывает парня с другой стороны.
— Я же сказал тебе — вали отсюда! — рычит Деймон, озлобленно посмотрев на него, но она резко прерывает его, кивая на выход.
— Сейчас здесь все взлетит на воздух. Хочешь остаться и разбираться или, может, отложим это, когда выйдем? — он ругается сквозь зубы, и они вместе вытаскивает стонущего парня на улицу, положив его на асфальт.
Где-то вдалеке слышны сирены, и в этот момент раздается еще один взрыв, в несколько раз громче, чем предыдущий. Ударная волна отталкивает всех, кто стоит близко к магазину, на несколько метров, и Елена приземляется на спину, проехавшись несколько метров по жесткому камню. Руку начинает жечь, и она понимает, что содрала кожу, но все это отходит на задний план, и она вскакивает, подбегая к Деймону, который недовольно морщится, роясь в карманах в поисках платка. Половина его лица залита кровью из пореза, и Елена, не думая ни мгновение, отрывает кусок от своей рубашки и прикладывает к лицу.
— Ты абсолютно сумасшедшая, Елена, — хрипит он, как-то бешено глядя на нее, — полезть в самое пекло, прекрасно понимая, что можешь сдохнуть — это же насколько нужно быть идиоткой без мозгов.
— Я полезла за тобой, — сухо отзывается она, пытаясь остановить кровотечение, но вдруг из-за поворота выезжает полицейская машина, и Деймон, сжав руку девушки, тащит ее в сторону, скрываясь за углом здания.
— Нельзя, чтобы нас видели сейчас, — он кивает на оружие, которое выглядывает из-за его куртки, и Елена кивает, чисто инстинктивно пытаясь скрыть дуло своего пистолета. — Домой сейчас лучше не ехать, слишком долго, давай на базу, помнишь, где мы во время засады отсиживались?
— Как забудешь такое количество пыли на моих новых джинсах, — усмехается она, и они пробираются дальше по улице, стараясь держаться вдоль домов и скрываясь за деревьями.
Елена прекрасно помнит, как во время одной из операций им пришлось почти всю ночь провести на крыше полузаброшенного здания, без света и еды, с половиной бутылки воды и практически полным отсутствием связи. Несмотря на то, что пол был жесткий и пыльный, а живот урчат от голода, это было едва ли не самое любимое ее воспоминание. Они шутили и смеялись, пожалуй, даже больше, чем стоило бы, но таким образом они пытались скрыть волнение перед сложной операцией, которая в итоге закончилась успешно, а очередная группа наркодилеров оказалась за решеткой.
И сейчас, поднимаясь по грязным ступенькам, Елена невольно улыбается, крепче сжимая широкую и немного шершавую руку Деймона, вцепившись в его пальцы. Они забегают в комнату и останавливаются возле окна, глядя на улицу: возле магазина снуют врачи и полицейский, мечась между пострадавшими.
— Ничего так сходили в магазин, да? — усмехается Деймон, покосившись на Елену, и та кивает, отходя от окна. Мужчина закрывает окна порванными занавесками, в какой-то момент чуть не оторвав жалюзи, проверяет двери и, вернувшись в комнату, садится на пол рядом с Еленой, которая откинула голову на край потрепанной, едва ли не прогнившей кровати, закрыв глаза.
— Сколько будем отсиживаться? — в какой-то момент не выдерживает она и смотрит на него. Деймон в ответ лишь пожимает плечами и начинает хлопать себя по карманам, после чего недовольно фыркает и прикрывает глаза. — Опять забыл дома сигареты?
— Понятия не имею, куда они деваются. Но я уже заметил — каждый раз, как они нужны, их нет, и это дико раздражает. Карма та еще сучка. Но в то же время, если постараться быть оптимистом…
— Ты реалист.
— Если постараться быть оптимистом, — упрямо продолжает он, — то можно сказать, что из-за этой невыкуренной сигареты я буду здоровее, что уже неплохо. Так что допустим, что это знак свыше, что мне нужно бросать. Хотя я все равно не брошу, но все равно. Кстати, ты едва глаза не лишилась, — Елена непонимающе выгибает бровь, и он, притянув ее к себе, осторожно касается подушечкой пальца порезанной кожи под ее глазом, и она морщится, скрипнув зубами. — У тебя кровь.
— У тебя тоже, забыл? — хмыкает она, проведя по ссадине на его щеке, и он вздрагивает. Елена медленно скользит пальцем по царапине, размазывая кровь, и опускает взгляд на его губы, неожиданно поняв, что он почему-то оказался слишком близко. Она сидит едва ли не на его коленях, а сердце стучит так бешено, что воздух мгновенно сужается, лишая ее возможности нормально вдохнуть. Весь мир сосредотачивается в одних только горящих синих глазах, которые неотрывно смотрят на нее, словно видя впервые.
Они медлят, не понимая, что им делать, потому что головы становятся какими-то очень тяжелыми, словно их ударили чем-то очень внушительным, конечности не слушаются, а все вокруг вертится, теряя очертания. Деймон проводит рукой по плечам Елены, и она вздрагивает, когда он цепляет поцарапанную кожу на локте. Порванная куртка с трудом держится на плечах, и девушка закусывает нижнюю губу, снова встречаясь с Деймоном взглядом.
Он тоже не торопится, как-то странно глядя на нее затуманившимся взором. Напряженные плечи и ускорившееся дыхание выдают его эмоции, и она скользит кончиками пальцев по его шее, растирая кровь, стекающую на темную футболку. Деймон немного дрожит, настороженно и то же время страстно глядя на нее, медленно опуская руки по ее спине, невольно прижимая все ближе и ближе к себе, и в какой-то момент Елена вжимается телом в его широкую грудь, ощущая его бешеное сердцебиение.