— Я был готов дать заднюю, — признается он, поджав губы, — но потом она сама потянулась вперед, ну, а дальше все пошло как-то само собой, я вообще ничего не соображал. Как бы мы в крови были, нам бы домой промыть раны да себя в порядок привести, а тут… Я не знаю, что это было, — Сальваторе молчит с минуту, потом качает головой и встает, — я отойду.
Деймон делает несколько шагов по бару и застывает, когда видит Елену, которая входит внутрь и ловит его взгляд. Он чисто инстинктивно напрягается, не зная, чего ему ожидать и какой будет ее реакция. Между тем она подходит к нему и складывает руки на груди, пристально смотрит на него и недовольно щурится. Сальваторе практически ощущает, как все внутренности покрываются толстой коркой льда, а сердце начинает стучать как сумасшедшее. Что она сейчас сделает? Начнет кричать? Закатит истерику? Обвинит его в том, что он воспользовался ей?
— Пьешь, значит, — вдруг произносит она, и мир резко останавливается. — Без меня.
— Чего? — Деймон с трудом собирает мысли в одно единственное слово и таращится на нее.
— Не люблю, когда ты пьешь без меня, — повторяет Елена и вдруг начинает смеяться, видя его вытянувшееся лицо. — Что, боялся, что я тебя пошлю после того, что произошло? Да ты, как я понимаю, кирпичей отложил в свои дорогущие джинсы.
— Заткнись, — огрызается он и убирает руки в карманы. — И я реально понятия не имел, как ты будешь реагировать. Может, ты пришла меня убивать. Или кастрировать. Или мало ли что, я привык к твоим маниакальным наклонностям.
— Деймон, — она вдруг кладет руки на его плечи и пристально смотрит ему в глаза, — а как ты относишься к тому, что случилось прошлым вечером? После всего мы так и не поговорили, да и дома сразу спать легли.
— Что думаю я? — Сальваторе прямо смотрит ей в глаза и жестко произносит: — Что это была ошибка. Причем глобального масштаба. Мало того, что вообще сам факт секса между нами дик, так еще и я оказался твоим первым, что еще хуже, потому что это неправильно. Я не должен был быть им, я должен был включить голову, а не думать только тем, что у меня кровь кипела от адреналина.
— И что собирается делать? — на удивление спокойно интересуется Елена, и ему становится не по себе. — Отмотать время назад уже не получится, потому что все уже случилось, а растрахать человека нельзя. Ну вот никак. Твои действия, Деймон? Уйдешь в запой? Начнешь трахать все, что двигается, чтобы забыть меня? Выгонишь меня? Начнешь игнорировать?
— Елена…
— О, уже не «Мелкая», — усмехается она кончиками губ, — мило. Но, ладно, ты сказал то, что думаешь, теперь и моя очередь пришла, что ли, — она поправляет прядь волос, упавшую на лицо, и поднимает голову, встречаясь с ним взглядом. — Я не жалею. Не жалею ни о чем. Ни о том, как это произошло, ни о том, где это было, ни с кем. Было время, когда я хотела, чтобы моим первым был Энзо, потому что он был всем моим миром, но потом все изменилось. Прошли годы, и я выросла рядом с тобой, я училась у тебя, я была с тобой постоянно и поняла, что правильно сделала, когда не торопилась с Энзо, хотя пару раз мы были близки к грани. И вчера я отдавала себе отчет в том, что последствия могут быть любыми. Но мне было, если честно, плевать. Я хотела этого и хотела этого с тобой, — Елена пожимает плечами и с абсолютным спокойствием поправляет кожаную куртку. — Я не знаю, что творится у тебя в голове и как ты поступишь, но все уже случилось, и все было правильно, именно так, как должно было.
— Послушай, я… — Деймон открывает рот, но она поднимает руку и перебивает его, качнув головой.
— Я не закончила. Я однозначно не верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Ее просто не существует. В принципе. Нет, они могут как бы дружить, но все равно минимум один из двоих будет представлять секс с вторым. Ни один «друг» не способен долгое время дружить с «подругой», при этом не представляя ее голой и не задумываясь о том, как бы оказаться с ней на горизонтальной поверхности. Или вертикальной, кому как нравится. Я уверена — если бы Энзо не погиб, между нами случилось бы то же самое, и никто не знает, в каком бы месте это произошло. Но он умер, и я оказалась рядом с тобой. И это случилось с тобой. И я не сожалею, ни секунды, — она делает паузу и шумно выдыхает, на мгновение прикрыв глаза. — Ну, а теперь можешь говорить все, что захочешь, потому что я все сказала и готова ругаться, если у тебя это в планах.
— Ты до сих пор умудряешься удивлять меня, — медленно произносит Деймон, пристально глядя ей в глаза, — я был абсолютно уверен в том, что ты закатишь скандал и обвинишь меня во всех земных грехах. Так что сейчас, если честно, я просто опешил и понятия не имею, как мне реагировать.
— Тогда просто поцелуй меня, — она обвивает его шею руками и немного приподнимается на носочки, чтобы быть к нему ближе, — потому что я знаю, что ты хочешь, потому что ты хотел этого три года назад и даже попытался. Правда, тогда я сопротивлялась, но сейчас не буду.
— Я не знаю, могу ли тебе доверять, — щурится он, положив руки на ее бедра, — я знаю, что ты очень коварная, может, это подвох и ты мне врежешь так, что придется спицу ставить? Сомневаюсь, что моя челюсть останется на месте после очередного удара на эмоциях, потому что бить ты научилась мастерски.
— В таком случае я предлагаю тебе действовать, чтобы проверить, какой будет моя реакция, — лукаво ухмыляется Елена, и Деймон, усмехнувшись, притягивает ее к себе и накрывает ее губы своими, обхватив руками ее бедра.
Девушка подается ближе, прижавшись к нему всем телом, и немного прогибается в спине, когда он скользит вверх по ее волосам, притягивая к себе. Он него пахнет алкоголем и немного сигаретами, и она касается кончиком языка его верхней губы, ощущая привкус бурбона и пьянея от его близости. Деймону же сносит крышу от запаха ее кожи и духов, которые смешиваются в единое целое, поднимая внутри него бешеное желание.
— Я хочу дышать тобой… — хрипит Сальваторе и прежде, чем Елена успевает среагировать, добавляет: — Нос.
— Что? — она хмурится, непонимающе глядя на него, и Деймон начинает смеяться, звонко поцеловав ее в лоб.
— Двести. Носом хочу дышать, а то насморк замучил.
— Скотина! — девушка с хохотом ударяет его обеими руками в грудь, но он перехватывает ее и, заключив в объятия, грубо целует, уверенно скользнув языком в ее рот. Она порывисто отвечает и льнет к нему всем телом, испытывая дикую потребность в его прикосновениях.
Мир начинает вращаться, сердце бешено стучит в груди, ударяясь о ребра, а в голове начинает пульсировать от страстного желания поскорее найти укромный угол и прижаться друг к другу. Желательно без одежды. Елена требовательнее целует его и, когда он выпускает ее руки, запускает их под его футболку, лаская накаченные мускулы, в то время как Деймон наматывает на кулак ее волосы и жадно целует в шею.
— Вам снять номер? — интересуется Рик, который неожиданно оказывается рядом, и складывает руки на груди, недовольно глядя на друга. — Ты в курсе, что у вас с ней разнице больше, чем в десять лет?
— А это такая большая проблема? — выгибает бровь Сальваторе и прижимает ее к своему боку, легко поцеловав ее в висок. — Это все-таки не двадцать лет. А все остальное не так уж и важно. К тому же я, можно сказать, создал ее, с помощью Энзо, конечно, — добавляет он, заметив ее взгляд, и подмигивает, — но большая заслуга тут все же моя.
— Это не аргумент, — он качает головой и укоризненно поджимает губы, — вы не можете продолжать это безумие. Я рад, что у вас все хорошо и вы перестали испытывать дикое желание убить друг друга как можно скорее и более изощренным способом, но все же. Включи голову, Деймон.
— А то что? — нагло осведомляется Елена, наклонив голову набок, и вплотную подходит к нему. — Тебя это каким боком касается? Это наша жизнь и наши отношения, и о них думать будем только ты. Это не твоя проблема, Рик. К тому же, — она косится через плечо на Деймона, — он вчера случайно обмолвился о каких-то там чувствах, так что я настроена выяснить, что он имел в виду, и в самом ближайшем времени.