…Постепенно все начали расходиться, точнее, расползаться, ввиду чрезвычайного состояния организмов. Не считая Рей, Айды и Тодзи, которых спровадили по домам ещё вечером, первыми нашу скромную юдоль покинули Аоба с Макото. Причём последний буквально висел на Шигеру, который оказался на удивление устойчив к алкоголю. Пояснив, что они с ним соседи, Аоба клятвенно пообещал донести друга до места постоянного проживания, никуда не заворачивая по пути, после чего они укатили на вызванном такси.
Следующими наши празднество покинули Майя и Рицко. Выдержанная и льдисто-спокойная Акаги потрясла меня до глубины души, нажравшись до состояния полной невменяемости и неадекватности, хотя и выпила не так уж и много. Периодически она принималась что-то бормотать на латыни, ругаться с неким Фредом, отвергающим возможность существования компьютеров на биологической основе, и тихо напевать себе под нос нечто бодренькое и весёлое. Причём делала всё это Рицко, не открывая глаз и крепко обняв несчастную и кристально трезвую Майю, взятую с собой, судя по всему, не в последнюю очередь, как водитель акагиной «Тойоты-Камри». Ещё одной немаловажной задачей Ибуки было выполнение функции столба, потому как хоть докторша на ногах держалась уверенно, но всё норовила к чему-нибудь привалиться.
Вот вам и издержки подчинённого положения, вот вам и неуставные отношения с дедовщиной (точнее бабовщиной)…
Но Майя переносила все эти испытания стойко – уважение к наставнику в ней преобладало над всем остальным.
И остались, значит, в квартире только я и Мисато, потому как больше нам деваться было и некуда. Сижу на диване, бездумно пялюсь в телевизор, свет погашен. В голове шум – сказывается выпитое тайком пиво, пока «взрослые» щёлкали клювами. Хотя потом всем уже было откровенно по фигу – это ж надо было такое учудить… Но, блин, погуляли на славу…
– Ух, хорошо посидели! – радостно воскликнула Кацураги, приземляясь рядом со мной на диван с банкой пива в руке. – Душевно, можно сказать…
– Ик! Ага, верно, – сонно подтвердил я. Всё-таки изрядное для столь юного тела количество пива и бурный вечер давали о себе знаааааать…
Богатырский зевок едва не стал причиной вывиха челюсти.
– Ооо, лейтенант… Ты это чего задумал, спать, что ли? – подозрительно осведомилась Мисато.
– Угу.
– Вот ещё! Самое интересное же только начинается! – хитро подмигнула мне девушка. – Уф… Что-то жарко у нас…
Мисато расстегнула пару пуговиц на своей форменной белой блузке – китель-то она уже давным-давно скинула.
Жарко? Ну, может быть… Хотя, наверное, это от выпитого…
Посмотрел на Мисато, задумался. Начал флегматично считать расстёгнутые пуговицы начиная от воротника – одна, две… Три. Четыре? Хм…
Взгляд остановился где-то в районе груди.
– И на что это мы тут смотрим? – ехидно поинтересовалась Кацураги, закидывая ногу на ногу.
– На пуговицы, – честно ответил я.
– И как?
– Их много. Они белые. Четыре из них расстегнуты.
– А вот и не угадал – пять! – рассмеялась Мисато, приводя реальность в соответствие со своими словами.
– Нууу… – я сфокусировал зрение. – Значит, ошибся. Бывает…
– Бывает… Хороший ты парень, Синдзи, – ласково погладила она меня по голове. – Жаль только мал ещё очень…
– Я – мужчина в самом в расцвете сил и лет! – торжественно произношу, отчаянно борясь с заплетающимся языком. – Причём, ещё и в меру упитанный…
– Ну-ну… А скажи мне, Синдзи, вот что… Я тебе нравлюсь?
– Опять, да? – улыбнулся я. – Мы же уже как-то говорили на эту тему…
– Женщинам такие вещи хочется слышать почаще, – важно заявила Кацураги.
– Ну, в таком случае – да!
– Правда? – захлопала длинными ресницами девушка.
– Правда, – с улыбкой подтвердил я.
– Это хорошо, – тоже улыбнулась она и тут же перескочила на совершенно другую тему. – Кстати!.. А почему ты с тех пор, как приехал в Токио, так и не завёл себе подружку? У тебя ведь очень и очень богатый выбор сейчас – можно выбрать даже не одну, а несколько…
Угу, по дням недели.
«Если б я был султан, я б имел семь жён…»
И войсками США был бы окружён.
– А на хрена? – философски поинтересовался я. – Некогда мне… Тренировки там, война и всё такое…
– Ну, Синдзи, это же несерьёзно! Нужно же уметь расслабляться, тем более, что в твоём возрасте это крайне необходимо…
– А я и не напрягаюсь, – безмятежно отвечаю майору.
– Вот только врать-то не надо, – хихикнула в кулачок девушка. – Не напрягается он… А срывался ты у тех же русских, значит, на ровном месте, да? Ох, Синдзи… Завёл бы себе подружку – прогулки под ручку, поцелуи, а может быть и что-то большее…
– Обойдусь, – густо покраснел я. Очень хотелось думать, что от выпитого пива…
– Эй! Только не говори, что такой красавец и герой боится девчонок!
– Ну… Эээ… Ладно, боюсь, – абсолютно честно признался я. – Потому как не понимаю, наверное… Вот и робею.
– Да ну, скажешь тоже – не понимаю… Меня же понимаешь?
– Ну… Да…
– Вооот!.. – непонятно чему обрадовалась Кацураги. – А у тебя, кстати, до приезда в Токио был кто-нибудь?
– Нет.
– Слушай! А ты хоть целовался-то?
– Н-нет… – надо же, и ведь сам уже почти что верю…
– А хочешь? – хитро улыбнулась Мисато.
– Эээ… Ааа…
– А хочешь я тебя поцелую?
Хаотично блуждавшие под черепной коробкой мысли в миг замерли. Я внимательно посмотрел на подсевшую поближе Кацураги, на её разрумянившееся от алкоголя лицо и расстегнутую до середины груди блузку…
И начал стремительно трезветь, покрывась ледяным потом.
– М-мисато, что ты де…
Фразу я договорить не успел, потому как рот мне тут же заткнули поцелуем, а шею обвила пара рук. На секунду я крепко зажмурился и замер, но уже в следующее мгновение на автомате ответил на поцелуй и тоже обнял в ответ…
МИСАТО?!!!
Резко отстранился от Кацураги и совершенно круглыми от шока глазами уставился на неё.
– М-мисато!!! Ты чего?!
– Ничего особенно, – хихикнула майор. – А ты ведь мне наврал… Не целовался он никогда… Ну что, понравилось?
«Бежать! Бежать! Бежать!»
Все русские и немецкие маты встали у меня поперёк горла. Я невнятно замычал, ураганно багровея до состояния свёклы. Сердце моментально набатом застучало в груди, тяжело отдаваясь в ушах, а руки и ноги самым натуральным образом задрожали. На лицо была почти полная потеря контроля над телом, с перехватом управления Младшим.
Который сейчас был просто в настоящей панике! Мало того, что его сейчас самым наглым и беспардонным образом совращали (между прочим, первый раз в жизни), так ведь ещё кто это делал! Мисато!!!
А я? А что я? Я вообще-то тоже в панике!
Но я ж, блин, не железный!!!
– Понравилось, – хихикнув, резюмировала девушка, глядя на моё ошалевшее и перекошенное лицо. – Хочешь ещё? Вижу по глазам, что хочешь…
Младший, иди на фиг! Пусти за руль – сейчас попробуем отбиться…
– Отставить, майор Кацураги! – неуверенно вякнул я, пытаясь отползти в сторону. – Как мой командир…
– Как твой командир приказываю меня поцеловать!
Мои попытки сопротивления (нужно сказать, довольно вялые) были подавлены в течение пары секунд. В процессе поцелуя я оказался опрокинут на диван, а Мисато оказалась сидящей верхом. Наклонилась, и меня тут же накрыл водопад иссиня-чёрных волос, приятно пахнущих хвойным ароматом. Любимый шампунь Мисато…
Наши лица оказались совсем близко друг от друга – нос к носу, глаза в глаза. Чёрт…
– Мисато, ты понимаешь, что это неправильно? – прохрипел я, хотя моё тело усиленно утверждало, что «всё правильно, хозяин!».
– Ну, это уже мне решать! – лукаво улыбнулась девушка. – И вообще я же ведь вроде бы где-то числюсь твоей девушкой, так что…
Ещё один поцелуй. Чёрт, а я ведь не железный…
– Как насчёт перейти к чему-нибудь более серьёзному? – жарко прошептали мне на ухо.
Аааа!.. Была, не была!!! Будь, что будет!!!