– Хорошо. Когда появится Крэйг? – спросил он, вставая.
– Он должен провести ещё, по крайней мере, несколько часов в регенераторе. Я свяжусь с кем-нибудь, чтобы тебя сопроводили в блок выживших и доставили сюда кого-нибудь ещё.
– Ты в порядке, Пол? – спросила Мак, придерживая его.
– Да, я узнаю, кто хочет быть следующим.
Войдя в приёмную, они увидели Блага, выходящего из регенератора. Видимо, он завершил исцеление.
– Благ, готов ли ты вернуться к своему народу? – спросил Луол.
– Да, – коротко ответил Благ.
– Генерал Трейвон сообщил, что связывался с вашим министром.
– С министром Клюехом?! – сплюнул Благ. – Это означает, что моя Эша ещё не знает, что я жив.
– Ты не веришь, что Клюех связался с ней? – целитель не мог скрыть своего шока.
– Конечно, нет. Я же не кализианец, а просто вид, проживающий в вашей империи.
С этими словами Благ развернулся и ушел.
***
Нихил был в ярости, его кулак оставил отпечаток в прочной стальной двери запертого медицинского блока. Он чуть не обнажил меч против Онпа, когда узнал, что его Маккензи не было там, где он её оставил. Теперь он не мог войти туда, где она находилась. Чьи-то головы полетят за это! Мужчина снова взмахнул кулаком, когда дверь внезапно открылась.
– Нихил, – Луол отступил, позволяя разъяренному воину войти.
– Где она? – угрожающе зарычал Нихил.
– Маккензи в моём кабинете, сидит с человеком по имени Эрик, пока он использует обучатель.
– Она должна быть не здесь, а там, где я её оставил! Где она была в безопасности!
– Я в безопасности здесь, – объявила Мак, выходя из кабинета Луола.
– Маккензи, – выдохнул Нихил. Сдвинув плечом Луола, он сжал её в объятиях. Ему было необходимо почувствовать её, понять, что с ней всё хорошо.
– Я в порядке, Нихил, – девушка положила ладони ему на грудь, удивляясь, как сильно стучит его сердце. Он действительно беспокоился. – Со мной, правда, всё хорошо, Нихил.
– Богиня, Маккензи, – он опустил голову, оставляя на её губах быстрый, жесткий поцелуй. – Не делай этого со мной снова. Я только что обрёл тебя.
– Но разве ты не узнаешь, если я попаду в беду? – Мак слегка отклонилась назад. – Я ведь ношу твою бусину истинной пары.
– Но я не ношу твою, – хрипло признался Нихил.
– Что? – она в растерянности посмотрела на него. – Но обучатель сказал, что бусина нас связала.
– Это происходит, когда бусины меняются друг с другом, – тихо подсказал Луол из-за плеча Нихила. – Так как у вас нет своей бусины истинной пары, чтобы отдать Нихилу, связь не завершена.
– Нихил? – Маккензи вопросительно взглянула на него.
– Я должен коснуться твоей бусины, чтобы узнать о твоём состоянии, – сознался мужчина.
– Почему ты не сказал мне? – спросила она.
– Не было шанса и...
– И?
– И я надеялся, что с течением времени связь укрепится.
– Понятно, – девушка упёрлась в его грудь, отстраняясь от него. – Ты меня обманул.
– Я не лгал тебе, Маккензи, – немедленно возразил он.
– Просто не сказал мне правду, – на этот раз девушка сильнее толкнула его и, когда руки Нихила опустились, вывернулась из его объятий. – Это не сработает со мной, Нихил. Если я не смогу доверять тебе, верить в тебя, если ты будешь скрывать от меня правду, то это, – она схватила локон с его бусиной, и та качнулась, как будто хотела вернуться к нему, – это всё бессмысленно.
– Не говори так! – воскликнул Нихил. Сердце в его груди, едва успокоившись, застучало ещё сильнее, чем раньше.
– Почему нет? Это правда! – Мак почувствовала, что её сердце разбилось, глядя на опустошение, отразившееся на лице Нихила. Он думал, что она не чувствует его боль, потому что он не носит её бусину истинной пары, но он ошибался. Нихил тронул её душу, когда так нежно и осторожно очищал её и когда заботился о её нуждах. Но всё это не имело значения, если он не был честен с ней.
– Ты – моя истинная пара, Маккензи, – сказал он ей, потянувшись к ней снова, но девушка отступила ещё дальше, и мужчина медленно опустил руки.
– Да, но ты не сможешь быть моей парой, так как не носишь мою бусину, и это то, о чем ты не хотел мне рассказывать, не так ли?
– Я... Да... Некоторые могут воспринимать это подобным образом, – скрепя сердце признал он. – Но не я. Мы связаны друг с другом, Маккензи. Мне не нужна бусина, чтобы доказать себе это. Я чувствую тебя здесь, – мужчина дотронулся до груди, где его сердце всё ещё колотилось так, как будто пыталось улететь к ней, зная, что у неё оно будет в безопасности.
Мак почувствовала, как её глаза наполняются слезами от искренних слов Нихила. Девушка слышала правду в его словах, и это заставляло её желать утешить его, но ей нужна была правда в их отношениях. Маккензи нужно было изменить свою жизнь. Она ещё очень многого не знала и не понимала. Если уж она не могла верить сказанному Нихилом, тогда что вообще она могла?
– Мне нужно вернуться к Эрику, – сказала она ему, отворачиваясь, чтобы вернуться в кабинет Луола.
– Эрик? – нахмурился Нихил.
– Человек мужского пола, в настоящее время использующий обучатель, – ответил ему Луол. – Маккензи настаивает на том, чтобы не оставлять их в одиночестве, пока я наблюдаю за лечением в регенераторах.
– Ты оставил её наедине с другими мужчинами? – прорычал Нихил.
– Я оставил её наедине с мужчинами, которых она знает, и кому доверяет. Она провела с ними много времени, Нихил. Она верна им. Они её друзья, и привязались друг к другу из-за того, что пережили вместе. Ты должен принять это, если хочешь, чтобы твоя пара была по– настоящему счастлива.
– Они позволили забрать её, Луол, позволили причинить ей вред!
– И, похоже, она не испытывает никакой неприязни к ним за это. Возможно, тебе стоит выяснить почему.
Луол отошёл, чтобы проверить регенераторы.
***
Нихил стоял в дверях кабинета Луола, не обращая внимания, что его массивные плечи упираются в проём, и смотрел, как его пара сидит рядом с другим мужчиной, держа его за руку. Первым его порывом было броситься через всю комнату и оттащить её от мужчины. Маккензи была его. Его парой. Она никогда не должна касаться другого мужчины. Но он знал, что это было бы неправильно. Что это бы ещё больше отдалило от него его пару. Он напрягся, когда девушка подняла руку, чтобы аккуратно заправить прядь мужских волос за ухо. Но пока он смотрел, он понял, что она не прикасается к другому мужчине так, как прикасалась к нему. Да, она касалась его, но это была не ласка.
Пройдя в комнату, Нихил взял стул и осторожно присел с другой стороны кушетки.
– Ты переживаешь за этого мужчину, – тихо произнес он.
– Эрика.
– Что?
– Его зовут Эрик, и да, я переживаю, – Мак взглянула на него. – Так же как и обо всех остальных.
– Объясни мне почему.
– Что значит почему?
– Они позволили залудианцам забрать тебя, Маккензи, – хотя он говорил тихо, его слова не оставляли никаких сомнений в его ярости. – Ты пострадала, потому что они не защитили тебя. Как можешь ты по-прежнему заботиться о них?
– Именно так ты видишь это? Лишь то, в каком состоянии нашёл меня? – девушка покачала головой и вновь посмотрела на Эрика. – Ты просто не понимаешь.
– Тогда позволь мне понять, – мужчина склонился вперёд, опершись локтями о колени. – Мне необходимо понять, Маккензи.
– Они защитили меня, Нихил, хотя и не должны были.
– Не...
– Они не знали меня. Я не была одной из их группы. Я была всего лишь их проводником. Они доверили мне отвести их в горы и вернуть обратно домой. Я потерпела неудачу.
– Они не могут винить тебя за то, что сделали ганглианцы, Маккензи.
– Могут, но они не винили. Вместо этого, они защищали меня. Когда нас впервые доставили в эту шахту, залудианцы забрали половину из нас в пещеру, где мы жили, а другую половину – определили на работы в шахте. Меня поставили работать. Я рухнула, когда мы вернулись в пещеру, а они забрали другую группу. Я не знала, что буду делать. Мы видели, как залудианцы забили до смерти джербоянца, когда он упал, и как они били попытавшихся заступиться за него.