В последнюю нашу встречу она неправильно меня поняла: ей показалось — в чем я сейчас уверен — что мне важнее карьера, чем семья или любимый человек. Это моя ошибка: я не смог правильно донести свою мысль, а может — проблема в ее восприятии. В наше время трудно понять себя, но гораздо труднее быть правильно понятым.
Авто-личинка привезла меня прямо к ее дому: он немного закружился в глазах, но я взял себя в руки — ты три года ждал этого момента, поэтому надо собраться. Речь выучена еще неделю назад, первый в жизни приталенный пиджак куплен спустя три дня, и ты уже сутки как принимаешь успокоительные — все для этого момента.
Дверь — звонок — прошло три секунды, а дверь еще не открылась — потерпи, ей же надо спуститься по всем лестницам этого огромного дома — дверь открылась — на пороге стоял какой-то мужик.
— О, привет. Ты Алекс? Проходи в дом. Меня зовут Джи Кей, я друг Анны. Проходи дальше, она там.
Большая комната с высокими потолками и голыми стенами, в которых я сам казался нагим.
— Привет, Алекс. Давно не виделись.
Она обняла меня. Это должно было произойти не настолько по-дружески, и не в окружении ее гостей — их тут пятеро.
— Мы смотрим новости! Будешь с нами? Хотя, я не то спрашиваю: ты будешь наблюдателем или участником?
— Участие — это пережиток прошлого, — хорошо, что они не поняли эту нелепую остроту.
— Тогда ты будешь наблюдателем. Держи очки.
Очки для новостей? Ладно. Мало ли что они тут в Силиконовой долине придумали.
Огромный экран, проецируемый на всю стену, был поделен на несколько частей. Один из друзей Анны в специальных очках выбрал и запустил новостной сюжет. Он оказался про взрыв в центре восточноевропейского города. Но сам сюжет был снят прямо в эпицентре большого взрыва со множества точек: летят осколки, дым заслоняет каждую следующую камеру.
— Анна, беги!
На экране я вижу бегущую по улице девушку, глядя на свою трехлетнюю занозу в сердце, я понимаю, что она сейчас в ее теле. Девушка спотыкается — встает — снова бежит — Анна кричит от ужаса на весь свой огромный дом — они получают осколок в затылок.
— О, Господи! Как это было страшно! — Анна обмахивает себя руками, видимо, чтобы сбить эту не к месту эйфорическую физиономию. На экране показывают полет того осколка, его место в конструкции взорвавшегося автобуса, краткую биографию погибшей. Ох ты ж… она занималась бальными танцами, а к 22 годам уже имела двоих детей. Как же они теперь без матери…
— Джи Кей, теперь ты, — Анна протягивала ему очки, а с лица так и не исчезло выражение тупого азарта.
— Хорошо, уговорила.
Он выбрал очередной сюжет — мы надели очки — Джи Кей оказался на филиппинском курорте — тайфун набрасывает огромные волны на берег — молодой рыбак бежит прочь — я заметил улыбку Джи Кея чуть ниже очков — рыбак забегает за деревянную церковку — улыбка Джи Кея ширится — я вжался в диван — гигантская волна нависает над берегом — гигантская волна рушится и сметает церковку вместе с рыбаком — Джи Кей снимает очки, не пытаясь угомонить свой щерящийся рот.
— Это настолько захватывающе, вы не представляете! Пробирает до дрожи, особенно, когда ты помнишь, что не умеешь плавать.
На экране тот самый рыбак, единственный погибший, Джерик Симанган: трое детей, щербатая жена, только купил новенький мопед. Успел ли покататься…
У меня назрели вопросы:
— Слушайте, я правильно понимаю: это виртуальная реконструкция?
— Нет, это реальная съемка, — впервые заговорил еще один присутствовавший, с которым я даже не знакомился. — Одна из компаний тут, в Силиконовой долине, создала миллиарды нанороботов, которые ведут онлайн-трансляцию по всему миру. Они получают картинку из самых эпицентров всех мировых событий, через соцсети вычисляют участников и выдают в качестве готового сюжета. А мы можем это смотреть от первого лица, уже благодаря моделированию.
— Да, кстати, Алекс, — встрял Джи Кей. — Видишь, внизу QR-код для оплаты просмотра. Они говорят, что эти деньги идут на помощь пострадавшим от всех этих катастроф, но у меня там работает знакомый, и он говорит, что все это чушь — деньги идут на поддержание системы, роботы постоянно гибнут, нужно создавать новых, поддерживать сервера, огромный штат. Их там очень много работает, как только запустятся, тут же станут самой дорогой частной компанией мира.