По голосу было слышно, что Матвеев улыбался. По ногам побежали мурашки. Ой, Ника, честное слово.
— Ты прикалываешься? Уже два часа дня! Ты специально меня игнорируешь? — наигранно сильнее разозлилась я, чтобы скрыть волнение в голосе.
— Нет, я же сказал после обеда. У людей бывают свои дела, представляешь? — как-то по-взрослому отчитал меня парень.
Вообще-то представляю, но моё дело сейчас куда важнее. Не у всех мать — Елена Азарова.
— Да-да, говори адрес.
— Авиационная, 1.
— Авиационная, 1? Да мне туда ехать часа полтора! Другие варианты?! — взвизгнула я.
Вообще-то мне во все мастерские ехать около часа. Потому что жили мы не в самом М*. Но сейчас меня это мало волновало. Не мог договориться с мастерской поближе?!
— Тогда сама решай свои проблемы, — просто сказал Матвеев и положил трубку.
Положил трубку!
Я в шоке уставилась на экран телефона очередной раз убеждаясь, что со мной вообще так никто не разговаривал. Вот совсем никто!
Я оглядела свою одежду. Белое боди, пудровые бермуды, белые босоножки. Достаточно ли приемлимо для фуршетного стола после конференции? С натяжкой, конечно. Но домой я точно не успею. А если я вымажусь в этой мастерской? Чёрт их знает.
Выскочила из машины, в обуви залетела на второй этаж. Так, может белый брючный костюм? На мне как раз подходящее бельё. И босоножки в тон.
Остаётся надеяться, что волосы не провоняют всеми этими машинными запахами и я никуда не вляпаюсь белой обувью.
Схватила чехол с костюмом и с такой же скоростью слетела вниз. Надеюсь, там будем место переодеться.
Снова набрала Матвеева.
— Да, — на этот раз он ответил после первого гудка.
Однако уже не улыбался.
— Я еду. Там знают про меня? Ты точно договорился?
— Приезжай, договорился, — ответил парень.
— Ты чего такой злой? На тебя майку без твоего ведома надели? — спросила я, вешая костюм на потолочную ручку.
— Специально для тебя сниму, когда приедешь.
Сердце вдруг ускорилось в два раза.
— Ты тоже там будешь? — на выдохе спросила я.
К такому я готова не была.
— Я тут работаю.
— Работаешь?!
— Давай, жду, — и снова первым отключился.
Я снова уставилась в экран телефона.
Автомеханик.
Вот же славно, Ника Азарова.
То, что доктор прописал.
Три года в женихах у меня был сын известнейшего нейрохирурга. И вообще-то по всем каноном стоило бы лить слёзы об утраченной любви. Но нет. Сердце ускорялось, когда я слышала этот слегка грубоватый и резкий голос этого высоченного и хамоватого, как выяснилось, механика, который кричал на меня при каждом удобном случае.
Отлично, блин.
Глава 5
Отбросила мысли о Матвееве и вбила в навигатор "Авиационная, 1". И сразу же чуть не заплакала. Реально полтора часа по адским пробкам.
На другой стороне города.
Катастрофа.
Ладно, не время ныть. Есть ещё шанс успеть на этот фуршет.
Если бы не кондиционер, то я бы по пути точно расплавилась. Я вчера вечером любила лето? Сегодня я его на всю катушку ненавидела!
Через час с небольшим я въехала на Авиационную. Огляделась. Ох ну ничего же себе. Большое такое зданьице. Ещё и огороженное двухметровым железным забором, не меньше. Неужели это и есть автомастерская?
Я въехала в открытые ворота, там и остановилась.
Чуть не присвистнула: приличный такой двор. Да и работа кипела вовсю. Видимо, ребятам никто не сказал, что сегодня было воскресенье.
С удивлением обнаружила знакомые лица: вон тот, кажется, Дима, а этот интересовался в магазине, подцепил ли меня Матвеев. Привлекать внимание не пришлось. Я вышла из машины, и меня сразу заметили.
— Привет, — махнул мне тот, который не Дима. — Матвея позвать?
— Привет, да. Спасибо!
— Матве-е-ей! — ко всю глотку заорал парень.
Дима поднял руку и тоже помахал мне. Я в ответ.
Матвеев быстро нарисовался. В майке серой. И что-то не спешил её снимать. Зато сразу по старой доброй привычке набросился.
— Чего встала на дороге? Проезд загораживаешь. Заезжай, — махнул рукой в сторону.
Да, загораживала. Но мужчина за мной в очереди был вежливым и никуда не торопил в отличии от некоторых.
Я уселась в малышку. Сердце лупило, будто я выпила литр эспрессо.
Меня ошарашивала моя реакция на этого человека. У меня мало опыта в отношениях с противоположным полом. Это оно, то первобытное физическое влечение, которое контролю не поддаётся? Матвеев разительно отличался от всех моих сверстников: те, не то, чтобы передо мной робели, но так вызывающе и агрессивно со мной себя никогда не вели. Даже Давид Алиев. И происходящее сейчас мне было всё в новинку.