Глава 7
Утром я проснулась и ещё долго лежала, не открывая глаза и строя планы.
Запишусь сегодня на лазерную эпиляцию, может, и на маникюр. Наверно, позвоню Айрин. Предложу ей съездить куда-то на завтрак.
Спрошу, не видела ли она знакомых в "Гэтсби".
Потянулась к телефону, но сразу же вспомнила, что для всего это великолепия мне нужна машина. Которой у меня сейчас, чёрт возьми, не было!
Матвеев сказал, что для ремонта ему нужно два дня. А вчера считается за день? Значит, сегодня вечером можно забирать?
Я пыталась думать про машину, но мысли всё равно возвращали меня к парню. Его взгляду, в котором читалась жалость и неприязнь.
Не надо меня жалеть.
У меня всё есть.
Всё есть.
Я гневно отбросила одеяло и уселась на кровати.
Надо найти этот бланк европротокола. Он-то мои данные внимательно изучил, а я только к фамилии прицепилась.
Пришлось встать и найти сумочку. Я ж всё выгребала из бардачка, когда Матвеев на меня в мастерской пялился. Блеск, футляр с тампонами, какие-то чеки, влажные салфетки, скотч.
И всё.
Твою мать.
В том возбуждённом состоянии я решила, что скотч мне пригодится, а вот эти разноцветные бумажки — нет.
Я вылетела вчера из мастерской, оставив там и машину, и ключи. Хоть бы расписку какую взяла.
Большая девочка.
Как же.
Схватила iPhone и нервно покрутила в руках. Напишу сообщение. Звонить не буду. Много чести этому грубияну.
"Доброе утро! Когда будет готова машина?"
Абонент прочитал.
И сразу перезвонил.
— Да? — дико волнуясь, ответила я.
— Привет. Либо завтра вечером, либо послезавтра утром.
Матвеев не злился. Абсолютно нет. Говорил ровно и спокойно, будто бы я очередной клиент, оставивший машину в автомастерской. Собственно, так и было.
Но почему-то мне хотелось, что так не было.
Я прекрасно понимала, что вчера повела себя не лучшим образом. Но как это объяснить человеку, который на моём месте никогда не был?
— Хорошо, м-м, спасибо. Напишешь тогда?
— Напишу, — ответил Матвеев и вдруг усмехнулся.
Я закрыла глаза и блаженно улыбнулась. Вряд ли каждому клиенту он так мило по телефону улыбается. От звука его смеха на душе сразу потеплело.
Он молчал. Что ж. Видимо, мне слово.
— Знаешь что, мне сегодня приснилось, что ты мою машину продал, — осторожно начала я.
— Так и продал, — как-то устало протянул Матвеев. — Нехер так убегать, что только пятки сверкали. Коленки болят?
— Коленки?
— На горохе стояла?
— Конечно, нет, — процедила я. Вот он снова меня выбесил! Этого же я и добивалась, верно? — Ты по себе судишь?
— Нет.
— Как там тот... пострадавший? — спросила я, тщетно пытаясь вспомнить имя вчерашнего безрукого.
— Гриша? Нормально. Привет тебе передавал.
— Понятно.
— Ты что-то ещё хотела? Работы много.
— Подожди, Матвеев, — протянула я и спохватилась: — Как тебя, кстати, зовут?
Недолгое молчание в трубке заставило меня поволноваться.
— Приезжай — узнаешь.
Сердце затрепыхалось, а по лицу снова расползлась довольная улыбка.
— Если будешь работать без выходных, у тебя будет профессиональное выгорание.
В воскресенье работал, в понедельник работал. А говорить со мной когда будет?
— В мой выходной мне одна куколка въехала мне в зад, а потом свою машину чинить заставила.
— Не заставляла, ты сам предложил! — кажется, я действительно покраснела. — Ты... извини, что всё так получилось...
— Лично всё это скажешь.
— Ты что, меня клеишь? — ещё больше осмелела я.
— Какая ты дерзкая по телефону, — уже совершенно точно рассмеялся Матвеев.
— Обычно я положительная, — тоже улыбнулась я, всё ещё надеясь на продолжение разговора.
— Ушёл. До встречи.
— Пока, Матвеев.
На этот раз я отключилась первая.
Почему-то с какой-то глупой улыбкой прижала телефон к груди.
Чу-де-са.
Глава 8
С программой "Дожить до завтрашнего вечера" я справилась на ура. До завтрашнего вечера потому, что утро послезавтра мне совсем не подходило. Надеюсь, Матвеев это понимал.
Завезла в химчистку белый костюм, чтобы не шокировать Анну Игнатьевну. Пришлось взять такси.
Заодно подкрасила корни в салоне и даже попала на эпиляцию, хоть мне и ответили, что на сегодня всё расписано.