— Ах ты сука! — подскочила брюнетка с явным намерением выцарапать мне глаза.
Одновременно подскочили все.
Матвеев увёл вырывающуюся Женю куда-то в сторону. Я развернулась и направилась к машинам.
Это так со стороны выглядит? Конечно, так. Потому что половина правды в её словах есть.
— Детка, ты куда? — догнал меня Лёша.
Вспомнил вдруг.
— Где мои вещи? — едва сдерживая раздражение, спросила я.
— Я в палатку занёс. Пойдём проведу, — парень взял меня за локоть и потянул в сторону.
Мы быстро дошли, Лёша кивнул на крайнюю. Я залезла внутрь, чтобы вытянуть сумку.
— Ну что, здесь? — Лёша тоже забрался в палатку.
— Что здесь? — не поняла я.
— Ну это... трахнемся, — пьяно улыбнулся парень.
Кое-кого ожидал облом.
— Лёш, прости, — я скорчила сожалеющую мину. — Очень некрасиво с моей стороны, но ничего не получится. Ни сейчас, ни потом.
— Так а что там Женька несла?
— Ерунду она несла.
— Так ты с Матвеем спала?
— Я... Прости, Лёш, но это не твоё дело.
Лёша вдруг придвинулся ближе.
— Слушай. Он чё-то так волнуется за тебя. Предупреждение мне сделал. Но ты такая... фигурка, личико. Потрясная девочка. Я рискну.
— Что ты рискнёшь? — замерла я.
— Детка, ты обещала, помнишь? — парень придвинулся ещё ближе, взяв мою руку в свою и наглаживая большим пальцем ладонь.
— Лёша, ничего не будет. Прости, я тебе глупостей наговорила, — внутри меня всё похолодело.
Лёша смотрел на меня каким-то голодными глазами.
— Какие же это глупости? Я не обижу, не бойся.
Ответить я не успела, потому что Лёша вдруг накинулся на меня, подмяв моё тело под себя. Присосался губами к моему рту, левой рукой удерживая голову, а правой начал больно сжимать грудь. Я протестующе замычала.
Я не верила в то, что происходит.
Оставив в покое сосок, он засунул руку под резинку спортивных шорт и начал яростно наглаживать между ног.
Какой-то ад.
Всё это было больно, мерзко, неприятно. Я вырвала руку из-под его тела и попыталась оттолкнуть этого идиота от себя.
Куда там.
Он начал стаскивать с меня шорты, втискиваясь мне в промежность эрекцией. Я бессмысленно продолжала упираться ладонь в его грудь. Слёзы невольно хлынули из глаз.
Нет.
Нет.
Это был сон.
Это не могло быть реальностью.
Внезапно стало легче дышать.
Рука Матвеева вытянула обезумевшего Лёшу из палатки. Послышались удары, ругань и стоны. Я забилась в угол, приложив руки ко рту.
Вскоре голова Кирилла появилась внутри. Он был адски зол.
— Ты как?
Я лишь судорожно и часто закивала.
— Вылезай, — бросил Матвеев и скрылся.
Ещё не веря, что я могу сама управлять своим телом, я вылезла на улицу. Вечер в одну секунду потерял всю свою привлекательность и таинственность.
Было темно, холодно и тошно.
Лёша, постанывая, лежал на земле. На Кирилла я смотреть не осмелилась.
— Ника, — хрипло позвал он.
Я повернулась. Матвеев совсем не выглядел злым. Он был до чёртиков испуган. Испугался. Испугался за меня! Хоть и предупреждал.
Какая же я дура!
Сделала шаг к нему и уткнулась носом в плечо. Слёзы, не спрашивая разрешения, бодро закатались по щекам. Кирилл приобнял меня, легко поглаживая по спине.
— Всё, Матвеев, ты выиграл, — успокоившись, но продолжая стоять в его объятиях, сказала я. — Отвези меня домой.
Глава 26
Матвеев оторвался от меня, вытянул сумку из злосчастной палатки и кивнул в сторону.
— Идём? — тихо спросил Кирилл.
— Идём, — так же тихо подтвердила я.
Он как и был в плавательных шортах, так и направился в сторону машин.
— Мы не скажем, что уезжаем? — уточнила я.
— Лёша расскажет, — процедил Матвеев.
Мне было только так и лучше. Не хотела сейчас никого видеть.
Я села во внедорожник.
И как щёлкнуло.
Несколько минут назад я была уверена, что меня изнасилуют и никакой психолог мне не поможет мне справиться с этой травмой. Но в тёмном салоне машине с окутывающим меня запахом кожи и самого Матвеева мне вдруг стало хорошо.
Просто от того, что Кирилл рядом, мне стало хорошо.
Матвеев, задумавшись, смотрел вперёд. Он ехал медленно, аккуратно объезжая ямы. До основной трассы дорога была разбитой.