А вот уже через три недели сердце забило панику.
От Матвеева за всё это время не было ни весточки.
В доме родителей ничего не изменилось. Мать больше не предпринимала попыток пообщаться со мной или снова поставить перед фактом, что мы идём на ужин к Акуловым. Думаю, это связано, как минимум с тем, что однажды я увидела болтающих друг с другом Артёма с Татой в "Проходной".
И Артём выглядел весьма заинтересованным.
К практике в поликлинике я неожиданно быстро привыкла, и когда на меня в очередной раз вырвало пациента, я без слов и без слёз ушла в душ, а моя странноватая однокурсница Даша Паципаева молча протянула мне конфету.
— Спасибо, Даша, — хмыкнула я, руками стараясь высушить волосы побыстрее.
— Знаешь, как меня зовут? — выглянула девушка из-под густой чёлки.
— Конечно, мы же на одном курсе учимся, — удивлённо ответила я.
— А ты странная, Ника Азарова, — вдруг рассмеялась Даша, после чего и я в ответ.
Так, день за днём, мы сдружились и начали держаться вместе, потому что руководителя нашей практики внезапно поменяли, и этого грозного Виталия Павловича боялся даже главврач.
Иной раз объём работы в поликлинике сводил с ума, косые взгляды Айрин и не всех, но некоторых моих бывших "подружек" удручал, а обстановка в доме, где я жила, порядком мне надоела. Но всё это было каплей в море по сравнению с тем, как я скучала по Матвееву.
Я сделала глоток кофе и грустно уставилась в окно, подперев подбородок.
— Так и не позвонила? — рядом неожиданно появилась Тата.
Сегодня у меня был свободный от всех дел вечер, а девушка скоро заканчивала смену. Мы спланировали вместе сходить в кино. Тоже новый для меня опыт.
Общественный кинотеатр.
— Так и не позвонил! — фыркнула я в ответ, возмущённо отодвигая кружку.
Тата, кстати, единственная, знала всю историю от и до и была убеждена, что звонить Матвееву и мириться должна именно я. Я, очевидно, была другого мнения.
Девушка показушно цокнула, а я так же закатила глаза. Телефон Таты завибрировал, и она взяла его в руки.
— Поклонники? — хмыкнула я.
— Да, это Артём, — тихо ответила девушка.
— Я с ним даже не целовалась, — снова напомнила я ей.
Тата повернулась ко мне:
— У него же есть семья?
Я проглотила ком в горле. Подруга выросла в детдоме, и все мои проблемы, связанные с матерью, мне кажутся сущим пустяком с тем, что иной рассказывает девушка.
— Да, отец и брат. Мать умерла несколько лет назад. Аневризма. Ужасная история.
Тата кивнула, но промолчала. И я не стала продолжать. По какой-то причине девушке было очень неуютно. Но вдруг она распрямила плечи и посмотрела мне прямо в глаза.
— У меня есть тайна. Но я пока не готова тебе её рассказать. Просто хочу, чтобы ты знала, — звонко прозвучал голос девушки.
Я в лёгком шоке кивнула.
И расспрашивать, конечно, не стала.
Через два дня после встречи с Татой мне вдруг позвонил Эльдар Ромуальдович. От подруги и других официанток я знала, что он ушёл на больничный, и уже тогда кое-что заподозрила. Этот звонок не застал меня врасплох.
— Да, Эльдар Ромуальдович! — решительно ответила я, усаживаясь на кровать.
— Вы подняли трубку, — по голосу мужчины было слышно, что он улыбался.
— А как же иначе?— мои губы тоже сами собой растянулись в улыбке.
— Вот и пришло время нашего разговора, о, Ника, богиня победы.., — последние слова мужчины потонули в его собственном кашле.
Я тяжело вздохнула.
— Может, вы уже и догадались, дорогая Ника?
— Лежачий больной — это... вы? — расстроенно спросила я.
— Нам отмерено время — мгновения или века.., — Эльдар Ромуальдович, видимо, начал декламировать какое-то произведение, но снова закашлялся.
Судя по звуку, он сделал глоток воды, после чего снова заговорил:
— Я прошу прощения.
— Эльдар Ромуальдович, позвольте спросить?..
— Рак, Никочка, это рак. Как говорят онкологи, люди делятся на тех, кто доживает до него, и на тех, кто не доживает. И неизвестно, повезло ли мне, — мужчина рассмеялся.
— Тата знает?
— Про болезнь — да. Про то, что я умру со дня на день — нет.
— Вы умрёте?! — ошалело открыла глаза я.
— Поэтому вам и звоню, дорогая Ника, — Эльдар Ромуальдович улыбнулся.
— Вам нужен уход? — вспомнила я тот странный разговор в его кабинете.
— Нет, благодарю покорно. Но одну мою просьбу попрошу вас выполнить.
— Какую? — подобралась я, ещё не отойдя от шока.