Я снова уселась на водительское сиденье и упёрлась лбом в руль, возвращаясь в свою реальность. Честное слово, лучше бы у меня машину забрали, наорав, какая я криворукая. Точнее, кривоногая. Но в очередной раз выслушивать эти речи, как Ника Азарова бездарно подвела родителей...
Стук в окно испугал меня и заставил подскочить на месте. Я повернулась к нарушителю моего спокойствия. Опустила стекло.
— Папик денег не даст? — криво улыбнулся Матвей.
— Страховая всё оплатит, — процедила я.
Нашёл время издеваться.
— Я про майки.
— Какие майки? — не поняла я.
Парень усмехнулся. Одновременно со смешком дёрнулись грудные мышцы. А, эти майки.
— В бланке есть мой номер телефона. Набери завтра, — вдруг сказал Матвей, заставив поднять глаза на его лица.
— Что?
— После обеда. Скажу адрес, подъедешь в мастерскую.
— Какую мастерскую?
Матвей раздражённо выдохнул.
— Автомастерскую.
— В смысле? — не сразу сообразила я. А, сообразив, ахнула: — Честно? Ты договоришься?!
— Угу. Но на пару дней ремонта рассчитывай.
Пара дней. Это же два? В любом случае, это не пятнадцать!
— Я даже не знаю, что и сказать!
Матвей только хмыкнул.
— Спасибо, например.
— Спасибо, Матвей! — с чувством сказала я.
Сразу мне моя чуйка подсказала, что он не полный придурок!
— До встречи, Вероника.
— Я не Вероника! — вмиг вызверилась я.
У меня в правах же написано "Ника". Чёрным, блин, по белому. По светлому. Какого цвета эти чёртовы права?!
Придурок!
Бесит-бесит-бесит!
— А я не Матвей, — бросил этот тип, развернулся и отправился к своей машине, давая вдоволь насладиться своей накачанной спиной.
Глава 4
Я смотрела на стену, и она шаталась. Со стоном закрыла глаза, но лучше, к сожалению, не стало.
Голова раскалывалась на все одиннадцать из десяти. Так плохо мне никогда не было.
Очевидно, пить я не умела.
Сначала мы с девочками выпили чинно и красиво привезённую мною бутылку Просекко. Марина много рассказывала про свой отдых, мы слушали, и ничего не предвещало того, что случилось.
Оказалось, что Даша принесла с собой текилу.
Я не помню, кто предложил поехать в клуб. Но поддержали все.
Алкогольное послетекильное опьянение поздоровалось со мной только тогда, когда мы уже приехали в клуб "Гэтсби" и цедили Голубую лагуну.
Танцевать пришлось босиком.
Смутно припоминаю, что всем и каждому рассказывала, какой Матвей придурок. Которого не Матвеем зовут. Если в бланке европротокола есть его номер телефона, но и имя будет.
Что вообще за чудеса? Его точно Матвеем звали друзья из компании.
— Ника-а-а, — подала голос Айрин.
Судя по всему, не одной мне было плохо.
Даша и Марина, должно быть, вернулись домой. А мы с Айрин заночевали у неё. Почти, как и планировали.
Родители у неё не то, что понимающие, но иногда глаза закрывающие на наши посиделки. Заявись я в таком виде домой и появись перед матерью... Даже представить себе это не могу.
— Айрин, я сейчас умру. Во сколько мы пришли? — спросила я, уверенная, что мы до пяти гудели.
— Даже часа не было, — прохрипела подруга. — Подай воды. На тумбочке.
Мне даже глаза открыть было сложно. Повернула голову.
Вздохнула и приподнялась на локтях. Рывок — и бутылка с водой у меня.
— Держи, — снова закрывая глаза, я положила бутылку на кровать.
Пусть сама её ищет.
Айрин попила воды и, кажется, ожила. Даже в душ ушла.
Ещё раз вздохнув, чуть не плача, села.
Мне каким-то образом нужно привести себя сейчас в порядок, съездить домой, что-то наврать про машину, не убить всех перегаром, переодеться, позвонить неМатвею и отвести мою малышку в мастерскую.
Миссия невыполнима.
— Чай, кофе? — посвежевшая Айрин вышла из душа.
— Аспирин, — прохрипела я.
— Ну это само собой.
Благо, в косметичке у подруги лежали таблетки. Сил искать стакан, наливать туда воды и растворять в ней лекарство у меня не было. Положила шипучую таблетку на язык и просто запила её.
— И кофе. Чёрный без сахара, — сделала заказ и ушла в душ.
Не смотреться в зеркало. Не смотреться в зеркало.
— Так что там по итогу с машиной?
По-прежнему двигаясь, как заторможенные, мы с чашками кофе выползли на улицу и улеглись на шезлонги возле бассейна.
— Всё более-менее порешалось. Точнее, порешал там один парень на парковке.