— Слушайте, — начала закипать я, — вы мне свод правил подготовьте, как вам отвечать, как себя вести, а то у вас шаг влево, шаг вправо, расстрел!
— А ты не в курсе, без свода, что дерзить и таскаться по другим мужикам не стоит? — припечатал грубостью Кирилл, холодно разглядывая меня.
Я аж задохнулась от этого заявления.
— Идите вы оба… — зло всплеснула руками, разнося повсюду брызги, подтягиваясь на руках о борт, чтобы выйти. Получилось очень эффектно, видимо на адреналине. Я вылетела из бассейна.
— Я к вам не лезла! Чего вы приперлись? Идите ещё пообсуждайте задницу вашей Верки, можете заодно ещё и про Аню свою вспомнить!
Кирилл свирепея, двинулся на меня, Саша, видимо решил немного его остудить, постарался его замедлить, но тот успел раньше, схватил меня за предплечье, и дёрнул на себя. Я прямо чётко ощутила, как лопаются мелкие сосуды под его каменными пальцами и на моей коже выступают синяки.
— Кир, — предупреждающе окликнул его Саша, и посмотрел на меня с укоризной.
Я же молча, пыталась выбраться из железной хватки.
— Ты не охуела ли, зеленоглазая? — зарычал он на меня.
— Опусти меня, варвар, — я пыталась отодрать его татуированные пальцы, от себя, и шипела словно кошка. Всё моё спокойствие слетело, уступив место всепоглощающей ярости.
— Остудись, маленько, — Кирилл легко преодолел моё сопротивление, и толкнул меня обратно в бассейн.
Я тут же ушла на глубину, не успев схватить воздуха, глотнула воды, но на последних силах выплыла, ухватившись за борт, и надсадно закашляла.
— Придурок, — сипела я, — ненавижу тебя, псих!
— Света, заткнись, — рявкнул Саша.
— Да иди ты на хрен! Оба идите! — вытолкнула из себя, чувствуя, на щеках горячие слёзы, которые накатили не только от кашля, но и от обиды.
— Вы мне кто? Никто? — пёрло из меня, пока я пыталась отдышаться. Все предохранители слетели на хрен.
Меня выкручивало от такого обращения. Я хотела только одного, уйти, и не возвращаться, и поэтому методично подползала к лестнице, которая вела из бассейна.
— Ах, ты ж блядь! Значит никто мы! — зазвенел голос Кирилла, отражаясь от стен.
Он одним рывком скинул свою одежду, оставшись голым, и я увидела, что он возбуждён.
— А кто тебе, кто? — спросил он, и прыгнул в воду, рядом со мной отрезав пути отхода. Резко вынырнул прямо передо мной, и если мне здесь приходилось стоять на цыпочках, и вода мне была по шею, то он вполне уверенно стоял, и вода билась о его грудь.
— Может муженёк твой? — он дёрнул меня на себя, и я впечаталась в его грудь.
— Может, — решила я идти до конца, уже не ощущая границ, напрягаясь всем телом, стараясь оттолкнуть его от себя, — по крайней мере, Вова не был варваром, и не смел так со мной обращаться!
— Может и ебал тебя лучше? — оскалился Кирилл.
И что-то внутри меня мне подсказывало, что эта последняя черта, после неё наступит точка невозврата. Но эта мысль, как вспыхнула, так и погасла.
— Лучше, — выдала я, и задрала подбородок, — вас обоих, лучше!
Всё, занавес.
Кирилл поменялся в лице. Его светлую радужку, полностью затопил зрачок, словно он поймал приход. Ноздри затрепетали. Он оскалился, словно зверь. Его сильные руки, стали ещё напряжённее, тяжелее, когда он сжал меня в очередной раз.
Сзади раздался всплеск, но я, не обратила на него внимание, полностью поглощенная этими метаморфозами, происходившими с ним, отмечая их то по отдельности, то соединяя всё в общую картину. Это завораживало. Пленяло. Он был красив. Не как не нечто прекрасное, а наоборот, когда смотришь на что-то грубое, дикое, и видишь в этом грацию, гармонию. Опасную, смертельную.
— Я же тебя затрахаю сейчас, сука, — прохрипел он, — ты же ноги не сведёшь!
Он толкнул меня, и я отплыла, наткнувшись на Сашу. Он прижал меня к себе, пленяя мои руки. Я ощутила всё его горячее тело спиной, тоже обнажённое, тоже готовое. Упругая плоть упёрлась мне в поясницу. И помимо воли я почувствовала, нарастающее возбуждение. Сердце разгоняется, толи от страха, толи от этих диких ощущений, толи от собственной дерзости. Я чувствую, что хожу по краю, и в любой момент могу сорваться.
— Заткнись, дурочка, — велел он, склоняясь к моей шеи, — зачем такое говоришь! Хочешь жёстко трахаться, попроси!
— Кто сказал, что я хочу трахаться? И тем более с вами! Отпусти меня! — продолжила я, понимая, что каждым словом неминуемо подписывала себе приговор.
— Сука, — рыкнул Кирилл, нависая надо мной.
— Кир, давай спокойней, — Саша перехватил меня удобнее, потому что я всё время ёрзала. Сжал одной рукой мою талию, другой обе моих руки, сжав за запястья. — Она же явно провоцирует!