Джентльмены с топорщащимися подмышками вежливо приподняли шляпы. Я мило улыбнулась.
Тяжеленная дверь, прямо как сейфовая, хотя выглядит дубовой. К счастью, мне ее предупредительно открыли. Я миновала комнату — из-за стола мне приветливо и двулично улыбнулся человек-хорек с тщательно зачесанной плешью.
Перед следующей дверью Маргарет внутренне затрясло — волновалась она просто бешено, но улыбку мы держали как приклеенную, лишь поправили мех, переброшенный через левое обнаженное плечо. На мой взгляд, палантин был даже пошикарнее форм обольстительной Маргарет, в наше время такие меха вообще…
Отвлекаться было нельзя! Маргарет считала, что сейчас что-то случится. Весьма опасное и одновременно не менее желанное.
Мистер Пигпиг сидел за огромным столом. Несомненно, оба они состояли со мной в любовной связи. Стол участвовал чаще пассивно, а жаль — он был гораздо симпатичнее.
— Джонни! — воскликнула я-Маргарет, устремляясь к столу. — Я так ждала…
Садиться на колени мужчинам Маргарет умела не хуже, чем плыть-семенить на каблуках. Моя рука уже обвивала шею любовника, я прижалась и даже частично растаяла.
Ну что сказать? Мои сны полны ярких и незаурядных мужчин. Но почему, если к кому-то на колени садиться, то вот к такому, мягко говоря, не лучшему⁈
— Привет, бэби — его толстый, как сарделька, палец по-хозяйски обрисовал границу моего декольте. — Повернись и закрой глазки.
Хорошая мысль. Больше всего мой Джонни Пигпиг походил на частично побритого кабана. Крепкий, коренастый, с короткой шеей и маленькими яростными глазками.
Я-Маргарет отвернулась и с готовностью прикрыла глаза. На мою шею легло что-то прохладное, сквозь ресницы пробился обнадеживающий блеск…
— Взгляни-ка, бэби.
Не вставая с колен, я взглянула в зеркало над камином.
Бриллиантовое колье. К платью абсолютно не идет, но вообще-то…
Маргарет широко распахнула глаза. Бесспорно, это был наработанный прием, в чем-то банальный, и тем не менее, разящий. С такими голубыми глазами и этим выражением густой смеси наивности и порочности, я способна класть мужчин десятками. Привет монне Маргери, у нас наверняка общие предки и принципы…
— Ах, Джонни, ты волшебник!
Мистер Пигпиг не очень любил, когда пачкают помадой его лицо и ворот рубашки. Опытная девушка учитывает подобные нюансы и предпочитает благодарно прижаться грудью.
— Не хочешь поблагодарить волшебника? — растроганно прохрюкал человек-кабан, с легкостью умеющий накапывать под дубами незаконного бизнеса бриллиантовые желуди.
Маргарет хотела поблагодарить, прямо таки жаждала. Я не хотела, но понимала, что не отвертеться. Пришлось соскальзывать на пол.
Возможно, расстегивание брюк руками в шелковых перчатках выглядит элегантно, но делать это жутко неудобно. Впрочем, потом стало еще хуже…
Маргарет знала своего любовника и антрепренера больше года, и знала со всех сторон. Затруднений процесс не вызывал, если не считать, что мне он, мягко говоря, совершенно не нравился. Джонни широко раздвинул колени, запрокинул голову на спинку кресла и изредка судорожно всхрапывал. Быть испачканным помадой вот таким способом он ничуть не боялся. Хорошо, хотя бы взглядом мистера Пигпига околдовывать не пришлось, мужчина и так устремился к успеху…
Самое странное и даже отвратительное, то, что Маргарет заводилась и заражала меня. Моим шизам нет дна! С какой стати я…
Тут мне стало понятно, с какой стати. В мыслях занятой Маргарет уже выстроилась логическая цепочка: колье — прощальный подарок — сейчас-он-скажет — значит, жалеть не о чем. Облегчение и предвкушение рождали возбуждение, пусть не совсем сексуальное, но и сексуальное тоже.
Мистер Пигпиг уже не всхрапнул, а взревел и схватил любовницу за голову. Да он мои платиновые кудри выдерет! Маргарет считала, что это нормально, такой уж наш Джонни, и доделала дело…
Вытертый и застегнутый мистер Пигпиг блаженно отдувался, мы с пудреницей тоже приводили себя в порядок перед зеркалом на стене.
— Налей-ка мне виски, бэби — потребовал Джонни, садясь ровнее. — И послушай, что я тебе сейчас скажу.
— Да, дорогой? — поправляя палантин, я привычно взяла со столика графин с виски, достала стакан и лед.
— Твои выступления придется временно прекратить.
— Но почему, дорогой⁈ Публика меня хорошо принимает!
— Не спорю. Как раз поэтому тебе следует подготовить новую программу, отдохнуть, привести в порядок нервы — объяснил он, не дрогнув даже бровью.
— Ах, Джонни, я так ждала…