Эшли приняла ее с особой осторожностью, так, чтобы избежать прикосновения. Это вызвало у Эрика улыбку.
— Ну? — спросила она.
— Очень питательно! Соль. Натрий и глютамат натрия. Химические жиры. Это, без сомнения, понравится любому американцу.
— А чем же вы питаетесь? — Эшли оглядела содержимое его тележки, издав презрительный смешок. — Рис? Горох? А это что за странная вещичка?
— Свежий имбирь.
— А!.. — она продолжила осмотр его продуктов, самым очаровательным образом морща нос.
— А это что такое? — спросила Эшли, указывая на квадратный пакет. — Что это за «тьфу»?
— То-фу, — поправил Эрик. — Бобовое молочко. Высокое содержание протеина и низкое содержание жиров.
— Ух!.. — она скорчила гримасу и пошевелила пальцем еще один пакет. — Рыба? — В ее голубых глазах сверкнул дразнящий огонек: — Разве вы не знаете, что все эти продукты буквально кишат жуткими химическими веществами?
Он усмехнулся:
— Да, но в значительно меньшей степени, чем то, что добавлено в ваши продукты для гарантии их сохранности.
— Неужели вы не едите ничего по-настоящему хорошего?
— А вы? — парировал Эрик.
Эшли внезапно бросила на него нахальный взгляд:
— Конечно, ем. Я знаю, где продаются самые вкусные гамбургеры и где можно найти лучшую в городе пиццу.
— В забегаловках фаст-фуд, быстрого приготовления еды.
— Да, именно так я и живу. Быстро. Всегда бегом. Всегда на предельной скорости. И это значит, что я либо что-нибудь перехватываю в ресторанчике, либо покупаю пищу, которую можно быстро приготовить. Я просто не беру такое, что нельзя за минуту разогреть в микроволновой печи или извлечь из коробки или банки в мгновение ока.
— Может быть, вам стоит попытаться не спешить, немножко снизить темп и поразмыслить над тем, что вы делаете со своим телом?
— Вы, как видно, один из чудаков, помешанных на здоровье.
Эрик почувствовал, что ей хочется подвести его под категорию «чудака», «психа» или чего-либо подобного. И он также понимал, что и ему было бы легче, если бы он мог «списать» ее с ярлыком «пустоголовая девица». Но Эшли не была пустышкой. Да и сам Эрик не собирался так просто подпадать под одну из названных категорий. Он отрицательно покачал головой:
— Нет. Мой отец — один из тех американцев, которые любят бифштексы с картошкой и жирные гамбургеры, и время от времени даже у меня возникает желание проглотить что-нибудь из этого. Но влияние матери на меня всегда было велико, и благодаря ей я научился ценить аромат и красоту пищи, приготовленной из свежих продуктов, и быть небезразличным к качеству того, что я кладу себе в рот.
— О, какие мы разные! — воскликнула Эшли. — Вы инь, я янь, или что-то в этом роде.
Он улыбнулся путанице терминов:
— Или что-то в этом роде.
— Противоположности.
— Со всех точек зрения.
— Если бы мы часто встречались, мы бы стали действовать друг другу на нервы.
— Возможно, — Эрик знал, что уже сейчас Эшли как-то странно воздействует на его нервную систему.
Никогда в жизни он не чувствовал себя более уязвимым, никогда его ощущения не были так остры — как у тигра, обхаживающего тигрицу и от страстного желания опасающегося сделать неверный шаг.
По тому, как она облизывала часто пересыхающие губы, глядя на его рот, внезапно затем отворачиваясь, Эрик понимал: Эшли вспоминает их поцелуй недельной давности. Да, они действительно противоположности. Но закон, который никто из них не осмеливался признать, гласил: противоположности притягиваются.
Эшли притягивала его. Эрик не ожидал, что найдет в Анн-Арборе женщину, которая так его заинтересует. Он и не искал. И вот теперь, встретив Эшли, Эрик понимал, что никогда не простит себе, если оставит ее, не попытавшись понять, насколько сильно она его интересует. Он осознавал, что ему будет нелегко с ней, но терпения ему было не занимать, и он был при этом уверен, что увлек ее не меньше, чем она его. Он обязательно должен найти время, чтобы углубить их взаимное влечение до той степени, когда Эшли перестанет ему сопротивляться.
Она в отчаянии вглядывалась в дальний конец прохода. Эшли понимала, что, если их беседа продлится еще немного, она обязательно снова скажет какую-нибудь глупость. Единственное, что ей следовало сейчас сделать, — это сбежать от Эрика. И как можно дальше.
— Я, наверное, пойду, — сказала Эшли, подталкивая свою тележку. — Еще раз спасибо.