С Тицианой нас свела судьба в тот период, когда моя жизнь совершила очередной поворот и я привыкала к своей новой роли – быть мамой. Мой материнский стаж составлял всего четыре месяца, а ее – уже больше года, несмотря на то что я на четыре года старше. Дети росли и вместе с ними росла наша дружба. На момент нашего знакомства я жила за границей уже девять лет, но кроме будущего мужа и семьи, в которой я жила во время студенчества, у меня ни с кем не завязались особо доверительные отношения. Студенческие шесть лет мне было не до друзей: учеба на не родном языке, параллельная работа и молодой человек (он же будущий муж) в другом городе – в общем, времени еще на что-то просто не было. Да и мой довольно закрытый и интровертный характер редко позволял мне легко заводить новые знакомства. Тех трех подруг, которых я в девятнадцать лет оставила в родном городе, я знала с детского сада и продолжала тесное общение с ними вплоть до рождения ребенка. Только материнство заставило меня иначе подойти к вопросу знакомств, ибо не хотелось такие же качества передать своим детям, если это не врожденные особенности, конечно. Да и подруги детства оставались бездетными, так что стала сказываться разность интересов, мы общались все реже.
Через год после рождения второго ребенка и через два с половиной года моего декрета мне просто был необходим глоток свежего воздуха. Отдалась снова своей главной страсти – учебе. Решила получить второе образование – педагогическое, хотя по первому, юридическому, мне еще так и не удалось поработать. Это было что-то вроде годового курса, но с довольно большим количеством часов и плотной программой обучения, после чего я могла бы получить возможность работать в школе и организовывать досуг детей на продленке или в других внешкольных организациях. В общем, за три дня до окончания приема документов я случайно встретила Тициану, поведала ей о своих намерениях, и она рванула в это приключение со мной. На тот момент у нее была четырехлетняя дочь и только школьное образование, и она искала возможность в свои двадцать восемь хоть на кого-то выучиться.
Целый год был нам дан на то, чтобы пройти общей дорогой, и это закрепило нашу дружбу крепкими цепями, ибо ничто так не сближает людей, как совместно прожитый опыт. Для нас это было очень интенсивное и наполненное время, никогда ни до того, ни после у нас больше не выдавалось возможности так много времени проводить вдвоем, без детей, мужей и других родственников, словно нам нужно было в сжатые сроки наверстать упущенное и наобщаться на долгие годы вперед. В середине учебы Тициана забеременела, так что еще какое-то время она так и не смогла начать свою карьеру, а я спустя шесть лет декрета все-таки пошла по пути юриспруденции. Так что для меня спустя время стало очевидно, что этот курс был проделан нами только для нашей же дружбы. После получения сертификата Тициана переехала в соседний городок к мужу, там же спустя четыре месяца родила второго ребенка, и наши встречи с тех пор в лучшем случае происходили раз в месяц, а иногда и реже. При этом чаще всего в шумной компании детей, поэтому я всегда использовала любую возможность повидаться с ней. Этот человек стал очень важным в моей жизни, поэтому и я не сомневалась ни секунды, а имя «Тициана» на экране моего телефона действовало на меня в тот момент так же, как выстрел пистолета на бегунов, ожидавших на стартовой линии.
В тот рождественский вечер, как часто бывает, когда присутствует вся семья Тицианы, мне не очень много удалось с ней пообщаться. Хаотичность и рассеянность большинства ее родственников призвали помогать на кухне. С удовольствием я вела недолгие беседы о насущном с родственниками и немного присматривала за детьми. И казалось, не было никакого праздника, поскольку все были немного удручены состоянием папы, а главным образом невозможностью посетить его в больнице в условиях мировой пандемии. В целом основные традиции и ритуалы были соблюдены. Главным было для них то, что почти вся семья была в сборе. Перед трапезой была произнесена молитва, причем это было сделано не просто для проформы, а искренне и от сердца, поскольку в этом семействе, как ни странно для современного мира, еще очень большое значение имела вера.
После того как большинство тарелок опустело, а терпение самых младших участников, которые ожидали подарков, уже находилось на пределе, по традиции, один или несколько взрослых отвлекали детей, в то время как другие взрослые выкладывали ярко упакованные коробки и свертки под елку, словно это сделал ангел, пока дети не видели: успел влететь в окно и разложить долгожданные подарки. Братья Тицианы вывели детей на террасу, дабы посмотреть, не летит ли рождественский ангел. Там же рассказывалась короткая детская версия о рождении Иисуса. Все это требовало определенного театрального мастерства и внимания, чтобы ни один из малышей не прошмыгнул в комнату, где в то время мы с мамой и сестрой Тицианы ловко справлялись с обязанностями рождественского ангела. По окончании звенел колокольчик, давая знак, что чудо произошло, но, к сожалению, мы пропустили главное явление, так как были заняты мытьем посуды и уборкой на кухне.