— Что ты ввиду имеешь? — Насторожил профессиональное чутье Коровкин. — Не темни.
— Смотри, детектив, — развернул ответ Курт. — Допустим ты, крутой носитель артефакта, который, только что, заморочил своей магией и загубил двенадцать человек, и чуть-чуть не добил тринадцатого. Для начала, я сомневаюсь, что вы могли упустить из виду такой существенный вопрос, как проникновение в театр. Скажи мне, вы нашли, как этот персонаж вообще туда попал?
— Нет, — расстроенно помотал головой Коровкин. — Хотя и искали конечно. В ускоренной перемотке два дня отсмотрели, ничего. Даже по головам считали, на глаз. Не выходит каменный цветок. Все на месте, все сходится. Возможно техники что-то найдут, но это долгий процесс и, откровенно говоря, я в это не верю. Дело с самого начала пахло паранормальщиной и мы с Гошей решили, что это «ваши штучки». Без обид.
— Никаких обид, Роман. Это чисто рабочая ситуация, — успокоил собеседника Курт. — Но штучки штучками, а логику-то никто не отменял. И вот скажи мне, если он смог войти не замеченным благодаря своим штучкам, то на кой черт ему палиться на выходе?
— Хороший вопрос, — засопел Роман. — Думаешь, цель была именно в разговоре с вахтером?
— Версия была бы хорошая, детектив. — отмел Курт. — Но есть забавная деталь. Нашему подозреваемому весь этот балаган вообще ни разу не уперся. Ему, для того, чтобы усыпить охрану, и показать ей любые картинки, хоть бригаду таджиков-строителей, хоть бригаду сочных гурий, никакой физический контакт не нужен. Получается, что не было в этом проходе под камерами и разговоре никакой нужды. Внушить что-то или считать из головы он не может, но сделать так чтобы человеку привиделось то, чего нет или не увиделось то, что есть, это его основная способность. Но тем не менее контакт произошел. Почему?
— Это ценно. Непонятно, но деталь интересная, удивил, — признал, потирая переносицу Коровкин. — Получается, что ничего не получается. Но тут кино с камер тебе мало поможет. Смотри.
И Курт стал смотреть. И даже увидел. Нет, конечно же не лицо, не огненный череп и не знакомые детали одежды, вроде плаща с песочной восьмеркой на спине. Ничего такого не было.
Он увидел куда более важное с его точки зрения. Трудно сказать, был ли выходящий из здания театра реальным бригадиром ремонтной бригады. Это еще предстояло установить. Но одним он точно не был. Не был высоким мужиком с пергаментного вида кожей и болезненной худобой. Не был Аланом-Песочным человеком. А камеры, в отличие от людей не усыпишь. История с их подозреваемым запутывалась.
Покинув полицейское управление, Курт огляделся в свете догорающего дня и, не обнаружив на стоянке приметной бугатти, зашагал к центру города, где его дожидалась снятая на длительный срок квартира. Следовало все обдумать, а делать это он предпочитал в комфортной обстановке. В одном Вероника точно оказалась права. Несмотря на гору трупов, воспринятых им с привычным фатализмом, новая работа ему начинала нравится.
Сам для себя неожиданно поймав мысль об интересе, он приостановился, достал телефон и набрал сообщение одному из добавившихся вместе с новой работой контактов.
— «Я очень хотел бы почитать тот архив из Даркнета. Но сам не найду и не знаю, можно ли обратится к Кириллу?»
Ответ, хоть он и не ожидал его так быстро, пришел уже через несколько секунд. Видимо собеседник считал его сообщения для себя вполне приоритетными.
— «Ок, я озадачу своих, но с некоторыми оговорками, загляни завтра. Есть новости. Скажу лично»
ВМ больше тумана нагнал своим ответом, лишь добавив таинственности и оставив Курта мучится догадками. Но это, отчего-то, разожгло интерес еще больше. Наверное это и называют «подсел».
Часть третья, глава третья
В поисках ответов
Проснулся Курт практически по классике. С головной болью. Шея в зоне имплантации жемчужины немного саднила, и он подумал, что стоит заглянуть к Ольге на осмотр и замену пластыря.
Безуспешно стараясь не мочить последний, он принял душ и глянул новости пока сушился. Новости после местной утренней классики номер два — «чай, хлеб, масло, сыр», заходили умеренно позитивно. Славия все еще могла гордится своим постимперским сыром, а позитив, был как всегда. Кто-то где-то с кем то воевал, кто-то выигрывал дебаты, доказывая своими речами и примером, что можно и не воевать. Что-то ограбли, а что-то наоборот, нашли. Какого-то носителя артефакта «C» ранга, например, нашли мертвым, продемонстрировав тем самым миру в очередной раз, что лучше быть умеренно умным, чем очень сильным.