Но нас расцепили грубо. Чьи-то руки рванули меня из-под умирающей, рванули очень грубо, так, что я проехала по спине по полу, неслабо приложившись к какому-то выступу, тряхнули вверх, заставили вытащить вперёд руки:
–Именем Земной Станции вы, Аманда, известная как…
Я прекрасно знала и без него как именно я известна, потому то, что ему не удалось договорить, на меня не произвело особенного действия.
Щупальца – безобразные, с присосками, оттянули неудачного агента от меня, перемололи. Да, у этих «осьминогов» могут быть плохие, пригодные лишь для травы зубы, но про щупальца их никто не говорил.
–Нико! – я была рада, что этот отвратительный стерпент последовал за нами. Теперь наши силы были равны, и пока Грей боролся со своими врагами, мы с Нико, как заправская, привыкшая к дракам парочка, порвали ещё двоих.
Наконец всё было кончено.
***
–Я говорила, – напомнила я, пока Грей перевязывал окровавленную левую руку. Благо, хоть левую. Он успел подставить её под удар энергетической цепью, и руку немного рассекло, но не будь это рукой – попало бы по голове. – Я говорила?
–Замолчи, – попросил Грей, теперь на нём не было ни тени бодрости, лишь измотанность и усталость. Мы вернулись на «Секрет», пожурили в шутку Нико, который нарушил приказ Грея и последовал за нами, и тут же обняли его – сегодня мы были обязаны ему жизнью.
Нико расчувствовался и обнял нас всеми щупальцами, и я даже умудрилась не поморщиться.
–Замолчу, – пообещала я, у меня гудело в голове, меня умудрились всё-таки приложить об пол, и сейчас тело напоминало мне об этом, начинало ныть. – Замолчу, когда признаешь, что я говорила!
–Говорила! – Грей поднялся в раздражении, отшвырнул вскрытую упаковку с крио-бинтом. – Ты молодец, честь и хвала! А я идиот!
–Извини, – я устыдилась. – Я тоже не права. Я ведь пошла, а надо было настаивать, надо было…
Я не знала, что именно мне надо было делать, но мне с самого начала не нравилась эта идея, и я должна была что-то предпринять, или сейчас не накидываться на Грея со злорадством.
–Пойду напьюсь, – Грей, чуть шатаясь, пошёл к дверям, и я не нашла слов, чтобы поддержать его, или остановить. Мы оба знали, что убийство кучи земных агентов – это предательство какого-то канала связи, это хвост в недалеком будущем, и, быть может, пара-тройка скомпрометированных убежищ и клиентов. Кольцо сжимается, и мы остаёмся в нём, на что-то уповая.
Грей ушёл, я осталась стоять дура-дурой. Нико напомнил:
–Всё обошлось.
–Да, верно! – я ухватилась за эту мысль. – Обошлось, да. Ещё обошлось.
Завтра, кто знает, может и не обойдётся, но сегодня мы ещё остаёмся жить.
–Но так долго продолжаться не может, – Нико угадал мои мысли. – Тебе надо помочь себе, если ты не хочешь прожить так, и сдохнуть однажды в каком-нибудь ангаре с рабами.
–О чём ты…– у меня ещё гудела голова. Я слабо соображала, но даже этого мне хватило, чтобы понять, что мне сейчас опять не понравится то, что я услышу.
–Помоги себе. Некоторые торговцы хотят смерти Грея. Он успел наворотить много дел. Ты можешь примириться с ними, продолжить его путь, но по-честному! По-хорошему. его дела слишком грубые, а сам он рубит с плеча, и это лучшее, что ты мо…
Стерпент был глухим по роду своего происхождения. Именно это позволило мне спокойно вытащить бластер и выстрелить в огромную уродливую голову, не позволяя последним словам сорваться из его поганого рта.
Я предам Грея, да, однажды предам. Но я сделаю это для себя и по своей, и тогда, когда это решу я, а не какой-то паршивый осьминог!
–Что это было? – Грей появился мгновенно. Обещал же напиться, а нет, ещё даже не приступил к самопопойке.
–Он нас выдал Земле, – солгала я, наступая ногой на ещё шевелящиеся липкие щупальца.
Грей только выругался.
Конец