Рейвен придется убить его еще до того, как он узнает об Аманде. Ничто не повредит и волоску на ее красивой белокурой головке.
Возможно, сейчас она этого не осознает, но у нее только что появился самый крутой телохранитель во всем мире фейри. И когда он, наконец, заявит о своих правах на нее, он, черт возьми, позаботится о том, чтобы она была в такой безопасности, что даже не смогла бы порезаться бумагой.
Перья улеглись, рассеиваясь по мере того, как Рэйвен успокаивался. Воздух перестал кружиться вокруг него, и в комнате снова стало уютно, как в знакомом одеяле.
У него больше не было никаких сомнений. Аманда Пирсон принадлежала ему, и горе тому, кто попытается отнять ее у него.
Глава 5
Мэтью Экстон был красавчиком. То, как он смотрел на Робина и следил за Мелиссой и Михаэлой, было восхитительно. У него были огромные мускулы и такой низкий голос, что он грохотал. Когда приехала семья Экстонов, он первым подошел к входной двери, представился и потребовал встречи с Михаэлой. Его карие глаза были полны недоверия, а поза была твердой и непреклонной. Мужчина хотел убедиться, что с его младшей сестрой все в порядке, и не принимал отказа в качестве ответа.
Мартин и Мелисса Экстон стояли за спиной своего огромного брата, закатывая глаза и корча рожи у него за спиной. Очевидно, этот здоровяк был чересчур заботлив, когда дело касалось его братьев и сестер.
Робин, казалось, забавляла поза Мэтью. Аманда наблюдала, как они танцуют друг вокруг друга, почему — то уверенная, что, несмотря на свои габариты, Робин может вытереть пол этим здоровяком и даже не вспотеть.
— Итак. — Младшая Экстон, Мелисса, неуклюже плюхнулась на диван рядом с Амандой. — Откуда ты знаешь нашу сестру?
Аманда моргнула.
— Сначала я не знала. Мы с Руби лучшие подруги. Когда я приехала навестить ее, я и не подозревала, что Михаэла здесь и выходит замуж.
Мелисса склонила голову набок. У нее были такие же темные волосы и глаза, как у ее сестры, но если лицо Михаэлы представляло собой интересное сочетание плоскостей и углов, то у Мелиссы были мягкие округлости, которые делали ее очаровательной. Обе женщины были невысокого роста и обладали пышными формами, но походка Мелиссы была чуть более грациозной, чем у ее старшей сестры.
— Как получилось, что ты стала помогать со свадебной вечеринкой?
Аманда все еще пыталась понять это сама.
— Честно говоря, я не уверена. Руби вызвалась помочь мне, поскольку я занимаюсь организацией вечеринок на востоке. Я просто поймала себя на том, что говорю «да», и вот я здесь.
— Хм. — Мелисса обернулась и придержала резинку за спиной. — Сделай одолжение? Заплести мне косу?
— Конечно. — Аманда взяла резинку и начала небрежно заплетать длинные темные волосы Мелиссы.
— Я люблю свою прическу, но она мне уже надоела. — Мелисса коснулась своих волос, но, поскольку она сидела спиной к Аманде, та не могла сказать, о чем думает Мелисса.
— Ты когда — нибудь думала о мелировании?
Мелисса закивала с таким энтузиазмом, что практически вырвала косу из рук Аманды.
— Да. Но я хочу голубое.
Мартин, второй по старшинству, покачал головой.
— Ты не испортишь свои волосы, малышка.
— Почему нет? — тон Мелиссы был усталым, как будто она уже спорила на эту тему раньше.
Мартин склонил голову набок.
— Дорогая, тебе бы больше подошли бы теплые тона.
Аманда усмехнулась, плетя косу.
— У тебя густые и великолепные волосы. Если ты собираешься выбрать интересный цвет, почему бы не выбрать что — нибудь вроде темно — бордового или аметистового?
Мелисса поперхнулась.
— Ух. Фиолетовая.
Аманда наклонила голову, изучая оттенок кожи Мелиссы.
— Тогда ты могла бы сделать темно — бирюзовый.
— Это могло бы сработать. — промурлыкала Мелисса.
Аманда потянула Мелиссу за косу.
— Ты могла бы сделать это только на нижней части волос или сделать более заметный акцент у лица.
Она медленно кивнула.
— Красивая, аккуратная стрижка.
Михаэла оказалась рядом так быстро, что Аманда даже не заметила ее движения.
— Подстригись и умри. — Она фыркнула. — Мне нравятся твои волосы, Мелли.
— Челка, сумасшедшая женщина. Острая челка. — Мелисса взглянула на Мартина, который сменил позу и тихо разговаривал с Лео и Руби. На его лице было странное, ошеломленное выражение. — Что случилось с Марти?
— Я не знаю. — Михаэла взглянула на своего брата.