Слава богам, он доживет до того дня, когда сможет полюбоваться на другие сиськи.
Но как бы хорошо ни выглядела королева, она была далеко не так хороша, как его Аманда. Его возлюбленная была одета в черно-красное платье с открытыми плечами, которое подчеркивало его метку, ее волосы были собраны в локоны на макушке, чтобы обеспечить беспрепятственный обзор. В данный момент она была где-то с невестой, чтобы убедиться, что Михаэла готова к тому моменту, когда она пойдет к алтарю.
Следующей была Руби, выглядевшая сногсшибательно, ее взгляд был устремлен не на алтарь, а на своего мужа Лео.
За Руби шла Аканэ, ковыляя по проходу к Шейну. Она была единственной, кто не носил каблуки, но украшения ее мужа украшали ее уши и шею.
Мойра, чьи рыжие локоны были небрежно заплетены в косу, перекинутую через плечо, последовала за своей невесткой.
Последней, но не по значению, шла Мелисса. Как подружка невесты Михаэлы, она дала понять, что Михаэла скоро появится. Она заняла свое место напротив Рейвена и подмигнула.
Они собирались уйти вместе, хотя у него сложилось впечатление, что она предпочла бы уйти с Лиамом. Они оба едва смотрели друг другу в глаза, Мелисса краснела, а Ли запинался на словах, как гиперактивный двухлетний ребенок.
Это было бы восхитительно, если бы не было так тошнотворно.
Заиграл свадебный марш, и все встали. Клинки внимательно наблюдали за происходящим, выискивая в толпе признаки беспокойства. Рейвен мог заметить их, если бы присмотрелся повнимательнее. Некоторые из них смешались с толпой в качестве завсегдатаев вечеринки. Другие были более откровенны, поскольку на свадьбе избранного преемника Оберона и единственного представителя Туата Де Дананн требовались меры безопасности.
Михаэла вышла под руку со своим братом Мартином, улыбаясь и кивая всем, кто проходил мимо.
Мэтью, все еще выздоравливающий, попросил Мартина сопроводить ее. Ему предстоял долгий путь, но благодаря песням Кэсси и волшебству Михаэлы он скоро снова станет самим собой. Рейвен был рад. Этот человек заслужил это. Он спас Аманду, и, по мнению Рейвена, Мэтью Экстон не мог совершить ничего плохого.
Придворные кланялись, когда леди Гудфеллоу проходила мимо них, принцесса застенчиво улыбалась, пока не увидела Робина. Михаэла дошла до конца прохода, ее юбки развевались вокруг нее, сверкая при каждом шаге. Цвета шампанского и золота подчеркивали ее золотистые глаза, как у феи, и оттеняли серебристые волосы и лилейно-белую кожу. Ее золотая тиара также была украшена рубинами, а фата, ниспадающая на спину, сверкала бриллиантовой крошкой.
Она была похожа на принцессу, и он не удивился, когда Робин резко выдохнул при виде нее. Он взял ее за руку и склонился над ней, запечатлев поцелуй на макушке.
Рейвен, увидев вспышку черного и красного, обнаружил, что его взгляд прикован к спине. Его Аманда стояла там, широко улыбаясь, расставив ноги и скрестив руки на груди.
Его прекрасная пара подмигнула ему. Без сомнения, она мысленно похвалила себя за хорошо проделанную работу.
Рейвен повернулся к церемонии как раз вовремя, чтобы увидеть, как Михаэла и Робин кланяются Оберону.
Оберон поднял руку.
— Встаньте.
Они так и сделали, Михаэла на секунду прижалась к руке Робина.
— Произнеси свои клятвы перед своими братьями, двором и Кланом, и пусть с этого дня все знают, что ты, принц Робин Гудфеллоу, объявил Михаэлу Экстон-Гудфеллоу своей истинной парой. Никто не разлучит вас, пока сами боги не покарают их.
Страшные слова предостережения в такой счастливый день.
У него больше не было времени обдумывать слова Оберона, потому что заговорил Робин.
Робин прижал руку Михаэлы к своему сердцу.
— Я мечтал о тебе, но тебя не было рядом.
Михаэла улыбнулась.
— Я горевал о тебе, но ты не знала. Я искал тебя в других, но их всегда было недостаточно.
Рейвен постарался не поморщиться. Он знал, что Робин не любил его мать. У них была всего одна ночь страсти, прежде чем его мать ушла, но только для того, чтобы быть схваченной Темной королевой. И все же эти слова немного задели его, пока он не увидел, что отец перевел взгляд с Михаэлы на него. Они повернулись, чтобы Робин мог посмотреть на него.
— Но потом мне снова приснился сон, и там была ты.
Рейвен замер. На этот раз Робин обращалась не только к Михаэле.
— Я протянул руки, и ты пришла ко мне. — Робин улыбнулся и посмотрел на Михаэлу. — И ты любила меня, как и я любил тебя.