Агни знала, что совсем скоро её исключат из команды и летать на другие планеты она больше не сможет — это плата за искренность, за то, что совала нос не в своё дело, за попытку быть наравне с командиром. Но — удивительно, даже начальник станции избежал настоящего разговора с ней.
Интересно, почему? Ведь она ничего ужасного не совершала.
В рабочем пространстве её немногие личные вещи коллективно скинули в коробку.
— Ты отправлена в свободное плавание, — холодно сообщил Кату.
Команда равнодушно посмотрела ей вслед.
Жизнь Сириуса-1 в том и заключается, чтобы никогда ни к кому и ни к чему не привязываться. Как только ты исчезаешь — о тебе забывают. Это залог справедливости. Нельзя быть справедливым и объективным, когда тебя тянет груз прошлого, когда тебя что-то связывает с другими людьми.
Просто я никогда не буду честной.
И, наверное, в этом и заключалась главная ошибка Агни.
Она не отказывалась от прошлого. Все его кусочки надёжно спрятаны в отдельный чемодан, на людях никогда не открывавшийся. Агни всем говорила, что он пуст. Но самое дорогое, что в нём было, — детали-воспоминания: обрывки фото, записки, памятная мелочёвка от родителей или из детства, юности.
Агни никогда не покажет, что хранится в чемодане. Потому что никто — даже Кату, когда-то спасший её от нищеты, — не поймёт.
Просто я никогда не буду рядом.
Начальник станции объявился через неделю и вызвал к себе Агни. Несмотря на слабость — похоже, не только физическую, но и моральную, — она осталась на станции в качестве бортового техника. Таких специалистов на Сириусе-1 было немного, и им не стоило так разбрасываться ценными сотрудниками. Агни в душе этого ждала, но в то же время знала — наверняка не примут обратно, ведь она — потенциальный предатель. Предатель не станции, но себя.
Приняли.
Она заработала в штатном режиме.
С Кату после злополучной экспедиции, где её не было, они виделись всё реже. Настолько, что в один момент Агни поняла: её больше не тревожит, что с ним происходит, что он подумает о ней.
Но Кату вновь возник так же внезапно, как и исчез из жизни Агни. Просто появился на пороге рабочего кабинета и вольготно расположился на кожаном диване, пристально впившись взглядом ей в лицо.
— С чем пожаловал, Кату?
— Жаль, что ты больше не с нами в команде. Мы скоро вновь в экспедицию. Наш новый техник не справится — он ещё совсем зелёный, нам нужен кто-то более опытный. Если ты согласишься, я договорюсь, чтобы тебя оформили с нами.
— Я не соглашусь. На Сириусе-1 тоже уютно. И всегда предсказуемо: я знаю, что будет дальше, и мне ни о чём не нужно беспокоиться. И не нужно плясать под чью-то дудку.
— Когда это ты плясала под мою дудку? Я ведь не шучу. Это твой шанс вернуться в команду. Ведь ты к ней привыкла, не так ли?
Смешок.
Агни вздрогнула.
— Я никогда больше не буду рядом. Ведь я — в свободном плавании. И я достаточно сильна, чтобы справиться с этим, ведь я только притворяюсь слабой и хрупкой девушкой, а на деле я наравне с мужчинами. Ведь это твои слова.
Кату недовольно фыркнул, сощурился и подорвался с места.
Ушёл, не оглядываясь.
Агни выдохнула и открыла окно. В комнате словно стало сухо и душно.
Просто я никогда не буду в сердце.
Кату и его команда отправлены в экспедицию, а Агни — здесь, на земле, на Сириусе-1, занимается простыми земными делами. Ведь гордость не позволяет курировать ход экспедиции даже с земли, и Агни предоставляет эту великолепную возможность девочке-выпускнице академии.
Но сердце в ужасе сжимается, когда девочка-выпускница дрожащим голосом сообщает, что потеряла космический корабль с радаров, а пилот не выходит на связь.
Два часа они по спутникам вычисляют местоположение корабля и с трудом находят. Наплевав на профессиональную этику, за борт управления садится Агни и чётко поставленным голосом диктует направление Кату.
Она знает, что это больше ничего не значит. И она только делает свою работу. И совсем не обидно, что за спасение команды её не благодарят; бортовые техники, помимо обслуживания оборудования, контролируют передвижение кораблей станции в космосе, и было бы глупо считать, что кто-то должен испытывать чувства к тебе оттого, что ты просто хорошо делаешь свою работу.
Кату и команда вернутся и по-прежнему будут делать вид, что никогда не были близки с Агни.
Просто знай, никогда не буду прежним.
Вечером, почти ночью, когда в широкое окно станции хорошо видны далёкие звёзды и планеты, начинается новая смена для бортовых техников. Программное обеспечение работает круглосуточно, и порой им приходится работать целые сутки — даже тогда, когда пилоты, биологи, антропологи и даже офисные клерки уходят со станции.