Они снова переглянулись.
— Я пойду в дом, — сказала женщина. — У меня есть дела.
Я шагнул в сторону и дал ей пройти через калитку.
Проводил ее взглядом. В походке женщины тоже было что-то восточное. Она передвигалась маленькими, осторожными шажками. Я повернулся к мужчине и подождал, когда он заговорит.
Он смотрел на женщину до тех пор, пока она не скрылась в доме. В его глазах была тоска.
— Почему вы спрашиваете, мистер?
Я не знал, что мучило этого человека, но не хотел продлевать его страдания. Он чем-то нравился мне.
— Хочу получить некоторую информацию и совет, — произнес я.
Он посмотрел на мой автомобиль, потом снова на меня.
— Я уже несколько лет не занимаюсь юриспруденцией. Боюсь, я не смогу вам помочь.
— Меня интересуют не законы, а история.
Он, похоже, удивился.
— Вы вели одно расследование для министерства юстиции, — пояснил я. — Нарушение антитрестовского закона компанией «Консолидейтид Стил».
Я зажег сигарету, пристально наблюдая за Леви.
— Насколько мне известно, вы готовили судебное дело.
Его взгляд снова стал настороженным.
— Какое это отношение имеет к вам? — спросил он.
— Ко мне лично — никакого, — ответил я. — Но может иметь к бизнесу, которым я занимаюсь. Поэтому я и решил встретиться с вами.
— Вы — адвокат? — поинтересовался он.
Я покачал головой. Интуиция подсказывала мне, что я должен проявлять в разговоре осторожность, не то этот человек и вовсе замолчит.
— Я — консультант по связям с общественностью, Вытащив из кармана визитную карточку, я протянул ее своему собеседнику.
Внимательно изучив карточку, он вернул ее мне.
— Почему вы интересуетесь этим делом, мистер Ровен?
Я начал издалека.
— Восемь лет я создавал фирму, название которой вы только что прочитали. Я вложил в нее восемь лет напряженного труда. А все предшествовавшие годы готовился к нему.
Я сделал затяжку. Заметил появившийся на его лице интерес.
— И вот однажды, — продолжал я, — передо мной замаячил заказ от целой отрасли индустрии. Закинул удочку, и рыбка клюнула. Я почувствовал это. Затем один человек зашел ко мне в офис и предложил работу с годовым окладом в шестьдесят тысяч. Большие деньги.
Я мог купить на них все что угодно. И тут появилось некое «но».
Я снова замолчал, чтобы проверить, со мной он или нет. Он был со мной.
— Какое? — спросил Леви.
Снова затянувшись, я медленно произнес:
— От меня требовалось лишь одно — предать многих людей. Бросить на произвол судьбы моих сотрудников, которые своей работой подготовили почву для такого предложения. Наплевать на друзей.
Я растоптал окурок.
— Я дал этому человеку единственно возможный для меня ответ. Отказал ему. Это произошло несколько дней тому назад. Сегодня я почти разорен. Стою на краю пропасти. Потерял восемьдесят процентов заказов, потому что этот человек занес меня в свой черный список. Сюда меня привела интуиция. Я цепляюсь за соломинку. Пока я стоял здесь и разговаривал с вами, у меня сложилось впечатление, что некогда что-то подобное случилось и в вашей жизни. Причем по вине того же человека. Назвать его имя?
Когда Леви заговорил, взгляд у него был отсутствующий.
— В этом нет необходимости. Оно мне известно.
Он тяжело вздохнул. В его голосе прозвучала вся ненависть, на какую способен человек.
— Мэтт Брэйди.
— Мы оба — его должники, — тихо произнес я. — Хотите с ним расплатиться?
Он перевел взгляд, прежде обращенный в пространство, на меня.
— Здесь на солнце жарко, мистер Ровен. Давайте зайдем в дом и поговорим там. Моя жена сварит нам отличный кофе.
Глава 23
Кофе соответствовал его обещанию — горячий, черный, крепкий, но прозрачный, не мутный, как это порой бывает с некоторыми сортами. Мы сидели на кухне и разговаривали; нас обдувал свежий ветерок, врывавшийся через окна.
Жена Леви была евразийкой — наполовину немкой, наполовину японкой. Он познакомился с ней в Токио, когда служил в американской армии. Ее красота отличалась необычностью сочетаний. Миндалевидные, но голубые глаза. Золотистая кожа и бледно-розовый румянец.
Густые черные локоны обрамляли широкие скулы и тонкую шею.
Она внимательно слушала историю моих отношений с Мэттом Брэйди. Когда я замолчал, они переглянулись.
Леви заговорил с бесстрастным лицом.
— Чем, по-вашему, мы можем вам помочь, мистер Ровен?
Я растерянно развел руками.
— Не знаю, — сказал я. — Просто я решил попытать счастья. Надеялся что-то найти.
Он молча посмотрел на меня, затем его взгляд упал на чашечку кофе, стоявшую перед ним.
— К сожалению, вынужден вас разочаровать, мистер Ровен, — тихо произнес Леви. — Ничем не могу вам помочь.
Мне показалось, что он говорит не правду. Слишком заинтересованным было его лицо, когда я завел речь о Брэйди. Слишком сильная ненависть звучала в голосе.
Он чего-то боялся. Я не знал, чего именно, но был уверен в этом. Затем в моем мозгу мелькнула догадка. Все встало на свои места. Брэйди было что-то известно о Леви.
В какой-то момент, ведя расследование, Леви раскопал нечто, представляющее опасность для Брэйди. Я вычислил ответный ход стального магната. Ему следовало найти ахиллесову пяту противника и свалить его. То же самое он пытался проделать со мной. Вероятно, именно так Брэйди и поступил с Леви. Какая иная причина могла вынудить молодого юриста отказаться от блестящей карьеры и заняться делом, столь далеким от его подготовки и способностей?
— Что-то должно быть, — не отступал я. — Вы вели дело «Консолидейтид Стил». Мне говорили, что вы знаете об этой компании больше всех после Мэтта Брэйди.
Леви снова как-то странно переглянулся с женой.
— Боюсь, мне не известно о ней ничего такого, что могло бы помочь вам, — с упорством, равным моему, заявил он.
Я встал. Меня охватило чувство усталости и бессилия. Везде пустота. Очевидно, я уже был конченым человеком и лишь отказывался признать это. На моих губах появилась горестная улыбка.
— Он вас раздавил, — сказал я.
Леви ничего мне не ответил, он только посмотрел на меня своими непроницаемыми глазами.
Возле порога я обернулся.
— Вам здесь не нужен компаньон? — с сарказмом спросил я. — Или Мэтт Брэйди сам позаботился о собаках, бросив вас им на съедение?
В его глазах вспыхнул огонь.
— Собаки — это моя идея, — рассердился Леви. — Они добрее людей. Не знают, что такое предательство.
Я покинул дом, прошел по длинной аккуратной дорожке к автомобилю и поехал обратно. Половина пути до шоссе осталась позади, когда за моей спиной прозвучал автомобильный сигнал. Я посмотрел в зеркало. Жена Леви сидела за рулем «форда», который я видел возле коттеджа. Прижавшись к правой обочине, я пропустил ее. Она обогнала меня, подняв облако пыли, и остановилась за поворотом. Сбавив скорость, я подъехал к «форду». Жена Леви, выйдя из машины, махнула мне рукой.
Я нажал на тормоз.
— Мистер Ровен, — с акцентом произнесла она. — Мне надо поговорить с вами.
Я открыл правую дверцу.
— Да, миссис Леви?
Она села в автомобиль и нервно закурила сигарету.
— Мой муж хочет помочь вам, но он боится, — произнесла женщина. — Он подозревает, что вы — человек Брэйди.
Я сухо рассмеялся.
— Не смейтесь, мистер Ровен, — сказала она. — Это не шутка.
Смех застрял у меня в горле. Это действительно было не смешно. Только дурак смеется на похоронах. Тем более на своих собственных.
— Простите, миссис Леви, — извинился я. — Я не хотел вас обидеть.
Она внимательно посмотрела на меня.
— Мой муж хотел бы рассказать вам о многом, но он не может решиться.