– Он в курсе, что ты ему изменяешь? – присаживаясь на одну из кроватей, стоявших в комнате, ранил меня этим вопросом Давид.
– А у тебя тут чисто, – попыталась я соскочить с затронутой парнем темы.
– Люблю порядок, – коротко бросил мне в ответ Давид. – Ты тему-то не меняй.
«Разве это измена? Если я по любви…» – подумалось вдруг мне.
Раз уж меня так тянет к Давиду, наверное, я его люблю?..
И тогда его прикосновения ко мне стоят того, чтобы ради них нарушить все имеющиеся у меня правила…
– Между мной и тобой давно уже ничего не было, – наконец-то я нашла, как мне ответить на поддевания Давида.
– Разве ты не хочешь, чтобы было? – парень зазвучал самоуверенно.
Привстав с кровати, Давид дотянулся до моей правой ладони и, взяв её в свою правую руку, потянул меня на себя, вновь опускаясь на ту же кровать. Парень раздвинул свои ноги, и я оказалась между них. Я стояла лицом к Давиду и видела ту жадность, которая сквозила в его глазах, когда он смотрел на мою грудь.
– Родителей, значит, слушаешься? А меня – нет? – Давид небольно ущипнул меня за левое плечо.
Я ойкнула. Не столько из-за того, что было больно. Сколько потому, что не ожидала.
Парень принялся гладить меня по плечам. Я и подумать не могла, что это может быть так приятно. Растворившись в приятных ощущениях, я прикрыла глаза.
Давид ещё ближе привлёк меня к себе. Его руки сошлись на моей талии, и я почувствовала, как он прижимается кончиком носа к моей груди. Сначала – к правой. Потом – к левой.
Открыв глаза, я с нескрываемым удовольствием во взгляде наблюдала за тем, как Давид проникает под мой топик своим языком, чтобы коснуться им моей груди.
Зажмурившись, я ахнула. Не так, как это было с Андреем. Не от неожиданности. Я застонала от наслаждения…
– Делает так твой жених? – хриплым от возбуждения голосом строго задал мне вопрос Давид.
Для того, чтобы врать, я слишком не соображала, поэтому просто пролепетала:
– Он только трогал… Через одежду.
Скрипнув зубами, Давид запустил свои руки мне под топик и начал сжимать ими мою грудь. Я не хотела, чтобы парень останавливался. Но ещё мне очень хотелось его поцеловать. И я принялась искать губы парня своими. Давид не давался. Меня охватила волна раздражения.
– Разве ты не сказал в коворкинге, что тоже хочешь меня? – обрушила я её на Давида. – К чему эти игры? Почему ты просто не можешь меня взять?
– Тоже? Не припомню, чтобы ты вслух признавалась мне в том, что хотела бы переспать со мной. Я читаю это в твоём взгляде. Но это всего лишь мои догадки. То, что я слышал от тебя… Кажется, ты просила меня держаться подальше? – отнимая свои руки от моего тела, Давид отпихнул его от себя, развернув перед этим спиной к себе, и шлёпнул при этом меня по ягодицам. – Я знаю, как это работает. Ты хочешь, чтобы я всё решил за тебя. Просто взял и овладел тобой. А ты как будто бы будешь не при делах. Не сопротивлялась, но и не просила же… – не в силах самостоятельно унять охватившую меня нервную дрожь, я развернулась к Давиду – её источнику. – Нет, так не работает. Когда ты придёшь ко мне и скажешь, что ушла от своего жениха, значит, теперь только моя, потому что никого, кроме меня, не хочешь, тогда я, так уж и быть, соглашусь на твоё предложение переспать с тобой. Так что… – мои испуганные глаза встретились с пристальным взглядом Давида, проникающим мне под кожу. – Проси. Если ждёшь продолжения.
Не выдержав всех этих слов, я бросилась прочь из комнаты Давида.
Никогда ещё меня так не унижали…
Хотя… В чём, собственно, парень был не прав?..
То, что он говорил, – самая настоящая правда про то, какая я. Давид видел меня насквозь…
Это пугало.
Но благодаря этому меня и влекло к парню, жившему в общежитской комнате напротив моей.
Сказанные Давидом слова, превратившись в нож, полоснули меня по сердцу…
Снова забыв, как дышать, я научилась, как это делать, оказавшись под холодным душем.
Прикоснувшись к своей груди, я тихо застонала, вспоминая, как её трогал Давид… Стоны, которые вырывались из моей грудной клетки, были донельзя сладостными. Как и прикосновения Давида к моему телу.