– Пересядь, если не собираешься заниматься, – лениво попросил парень, вот только я не поняла, к кому именно обращены его слова, так сильно увлеклась пособием и перестала замечать, что рядом со мной, вообще, происходит. – Эй, ты. Как там тебя? Я к тебе обращаюсь, – неохотно продолжил Давид, но снова не получил от меня никакой ответной реакции.
Раз – и я оказалась без телефона в своих руках.
Два – и мы с Давидом уже смотрели друг другу в глаза.
Поначалу мной овладело возмущение тем, что произошло. Когда мой мобильный телефон забрали у меня из рук, я порывисто подняла свою голову, ощутив готовность ругаться с возникшим из ниоткуда наглецом. Однако, как только увидела, что надо мной возвышается Давид, тут же потупилась. В моих ушах звучали придыхания парня. Перед глазами стояла его обнажённая грудь. Во рту у себя я опять ощутила язык Давида… И непроизвольно закусила нижнюю губу.
Парень в это время смотрел на меня без какого бы то ни было интереса ко мне в своих глазах. Гораздо больший интерес, чем я, у Давида явно вызывал тренажёр подо мной. Я чувствовала, что совершенно безразлична парню, и моё сердце от осознания этого болезненно сжалось.
– Верни телефон, – оставив свою губу в покое, потребовала я у Давида, стараясь избегать смотреть ему в глаза.
– Мне нужен этот тренажёр, – спокойно произнёс парень.
– А… Ладно, – я поторопилась подняться с тренажёра и освободить его для Давида.
Парень протянул мне мой мобильный телефон, и я забрала этот злосчастный мобильник обратно в свои руки. Именно из-за него со мной приключилась такая неловкая история. Моя проблема была в том, что сначала я просто отвлеклась на телефон. А затем его содержимое увлекло моё сознание до такой степени, чтобы я перестала ориентироваться в происходящем вокруг меня.
– Так и будешь здесь стоять? Мешаешь, – вбив в моё сердце очередной гвоздь невнимания ко мне, немного раздражённо зазвучал парень.
Печально заключив для самой себя, что похожа на собачку, которую прогнали, я отошла к соседнему тренажёру и присела на него. Только собиралась с духом, чтобы спросить у Давида, видел ли он, что за интересное пособие появилось в чате нашей студенческой группы, как парень отогнал меня от себя… Я расстраивалась и злилась одновременно, не понимая, какое из чувств сильнее.
Сосредоточиться на пособии у меня больше не получалось. Я смотрела себе под ноги и изредка поднимала глаза, задерживая их на Давиде. Когда парень, вспотев от физических нагрузок, снял с себя майку, я вспыхнула и опустила голову. Однако спустя некоторое время, как только моё учащённое сердцебиение немного успокоилось, перестав выдавать охватившее меня волнение, я вновь посмотрела на Давида. И – столкнулась с его пристальным взглядом.
– На что смотришь? – равнодушно спросил у меня парень.
– Да так… Просто, – залепетала я, сжимая руки в кулаки и выдерживая его взгляд.
– Если нечем заняться, иди сюда. Посидишь на мне, пока отжиматься буду, – выступил с предложением Давид.
Не успев до конца понять, что именно нам с Давидом предстоит вместе сделать, я уже подорвалась со своего места и, словно заворожённая, подошла к парню. Мой мобильный телефон, снова очутившийся в правом кармане прикрывавшей мои обнажённые плечи рубашки, продолжал иногда вибрировать. Видно, новые сообщения приходили. Вот только мои мысли были заняты исключительно тем, что происходило между мной и Давидом. А ему, видимо, просто было всё равно на меня и на то, кто мне пишет.
– Выглядишь лёгкой. Сколько ты примерно весишь? – готовясь опуститься на резиновое покрытие, проявил интерес Давид.
– Где-то… 48 килограммов, – чуть задумавшись, поделилась с парнем информацией о своём весе я.
В последний раз взвешивалась перед поступлением. Тогда цифры были больше. Теперь тоже я наверняка не весила 48 килограммов, а была крупнее. Как бы то ни было, для Давида мне хотелось свой вес преуменьшить. Интересно, какой вес у Снежаны?..
Стоявший передо мной парень, внимательно осмотрев меня с головы до ног, многозначительно хмыкнул.
Давид не разглядывал меня как девушку. Скорее, в настоящий момент времени я играла для парня роль некоторого спортивного инвентаря. Тем не менее, под пристальным взглядом Давида, не отдавая себе в собственных действиях отчёта, я стала оттягивать нижний край сарафана, чья ткань из-за моих попыток забраться на тренажёр, куда сместил меня своим приходом Давид, немного задралась, оголив при этом мои колени. Даже несмотря на то, что я уже успела какое-то время посидеть смирно на тренажёре (попытки взобраться на который завершились-таки для меня успешно) и с него встать, надетый на моё тело сарафан продолжал оставаться чуть задравшимся. Поэтому я и оправляла смущённо в данную минуту свою одежду.