Недалеко от меня сидел мальчик. Такой же маленький, как и я. Однако выглядел он так, словно был в отчаянии…
Моё сердце тогда от взгляда на этого мальчика болезненно сжалось.
Ощущая себя под защитой своего отца, я чувствовала себя неловко и неудобно перед теми, кто такой защиты был лишён.
Не факт, что в этом моём воспоминании был маленький Давид. Прямо как в фильмах, где оказывается, что главные герои знали друг друга с детства…
Правда была в том, что когда-то Давид, на самом деле, оказался без защиты. Без помощи. И – не выдержал этого…
От этого мне было очень больно.
Не так важно, пересекались ли мы с Давидом в нашем детстве, сталкивались ли, виделись ли уже когда-то раньше…
Главное, что мы встретились друг с другом сейчас.
Поэтому, когда парень вернулся в мои объятия из ванной, я не выпускала его из них всю ночь.
Словно только так я и могла выразить, что Давид мне небезразличен.
Как будто бы у меня был один-единственный шанс сделать это.
Показать, что мне не всё равно на пережитое Давидом.
А также на самого парня…
ЧАСТЬ II. БОЛЬ. 29. В предрассветных лучах
Когда я открыла свои глаза, была ещё ночь.
Обычно, если ночевала с Андреем, для того, чтобы заснуть, отползала от него. Почему-то засыпать с ним в обнимку было мне не очень удобно… Я думала, что сама по себе такая. Из тех людей, которые, чтобы выспаться, должны спать в одиночестве.
Однако с Давидом всё было по-другому.
Всю ночь я его обнимала.
Проснулась в той же позе, в которой уснула. Даже выспалась. Чувствовала себя хорошо. А ещё… Мне было мало. Прильнув к телу Давида максимально близко, я попыталась как можно крепче сжать его в своих объятиях.
Парень охнул и нехотя разлепил свои глаза ото сна.
– Убить меня решила? – сонно пробормотал Давид.
– Оргазм – это маленькая смерть, – неоднозначно проговорила я.
– Какие ты слова знаешь, – не без насмешки надо мной присвистнул парень.
– Давид! Я хочу… Всегда быть с тобой, – заявила я, заглядывая Давиду в глаза.
– Серьёзное заявление, – прищурившись, парень сосредоточил свой взгляд на моём лице. – А ещё чего-нибудь… Хочешь?
– Да, – зардевшись, я отвела от парня свой взгляд. – Хочу опять чувствовать твои пальцы внутри себя. Только чтобы в этот раз ты меня целовал. И мою грудь…
– Я, конечно, понадеялся уж было на другое… – разочаровался Давид, но тут же оживился. – Хотя часть про поцелуи и про грудь мне нравится. Я и сам хочу…
Нельзя было сказать, что мы с Давидом перешли к следующему шагу.
Вот только в постели парня всё ощущалось иначе, чем в палатке в лесу.
А, может, это было связано с тем, что я уверилась в своём решении остаться с парнем – навсегда. И в тот раз я почувствовала Давида своим… По-настоящему. А себя – принадлежащей ему…
Он был, одновременно, так нежен и столь страстен, что я теряла голову от его прикосновений и забывала, как дышать.
Держа одну свою руку между моих ног, второй Давид меня гладил.
Его губы исследовали моё обнажённое тело.
Находили мои губы.
И это были самые вкусные поцелуи из всех, что у меня были…
Давид сказал, что ему не забыть эту ночь. Нашу первую ночь, которую мы с ним провели вместе.
Теперь я была с ним полностью согласна.
– Приготовить тебе блинчики на завтрак? – заправляя мне за уши пряди моих волос, любовно предложил Давид.
– Ого… Даже так? – восхитилась я его предложением.
– Об одном только тебя прошу… Пожалуйста, сними кольцо, – хмуро попросил меня парень. – Ты ведь теперь расстанешься со своим женихом?
– Д-да, конечно, – растерянно откликнулась я, выполняя просьбу Давида и снимая с безымянного пальца своей правой руки принадлежащее мне помолвочное кольцо.
Как же мне было некомфортно от того, что я стояла между двумя парнями…
Правда, сказать было проще, чем сделать.
Мне было сложно представить, как я буду объясняться с Андреем.
Поэтому очень была рада тому, что пока разговор откладывался.