Следующий кофе, полученный мной, я оцениваю на четыре с плюсом из пяти — Дэн на самом деле старался, но я не могу не придраться из-за того, что он забыл подать к эспрессо стакан воды.
— Да у клиентов что, воды у самих не найдётся? — возмущается Денис, из под носа которого ускользнула желаемая пятерка. — Каждый вон со своей бутылкой все лето ходит, по-другому у нас никак!
— Не знаю, кто и с чем ходит — но так положено. Есть правила подачи, Денис, их надо соблюдать, а не экономить на мелочах. Это, в конце концов, несолидно. Все, мне надо бежать, опаздываю! Завтра будем с тобой айс-кофе делать, чтобы твоего замученного Сережку оживить. А то он тут скоро совсем зачахнет, и не будет у тебя помощника.
— Не будет! — доносится из подсобки Сережкин голос, и мы снова смеёмся, не желая доводить ситуацию до такого печального исхода.
— Рано тебя, я так понимаю, не ждать? Отсыпаться будешь после бессонных ночей? — продолжает задираться ко мне Денис, мстя за недополученные пол-балла, которые я не дала ему исключительно за все сегодняшние выводы и слова.
— Ой-ой-ой, кто это у нас такой остроумный? — не нахожу ничего лучше, чем покривляться и бросаю еще один белый взгляд на часы — на встречу с Наташкой я катастрофически опаздываю. Надеяться остаётся только на то, что опоздает и сама Наташка — пунктуальностью никогда не отличались мы обе. — Могу прийти в любое время, может, еще и сегодня вернусь! Клиентов тебе новых приведу, если удастся убедить их, что здесь у вас все не втридорога.
— Это кто же такое говорит? Это все враньё и клевета! Цены мы как раз держим ниже плинтуса, лишь бы люди ходили! — негодует Денис, и я одобрительно киваю.
— Согласна, согласна, — говорю, проверяя в сумке все необходимое и направляюсь к выходу. — Я, вообще, давно угостить их хочу, но нет — сопротивляются и все тут. Но сегодня, может, и уломаю. Чтобы развеялись немного… Придем, посидим тут у тебя, — добавляю, останавливаясь почти на пороге. — Они еще после вчерашнего в школе не отошли, особенно девочка, подружкина дочка… Ну все, пока, Дэн! Может и до сегодня.
— Пока! — машет мне рукой Денис, и добавляет. — Приводи, конечно, своих друзей, да побольше. Нам касса не помешает! Хотя… — его лицо в этот момент снова мрачнеет, — малую лучше не трогайте, не хочет — так и не надо. Отойдёт сама. У меня вон у соседей дети тоже в шоке, так идут сегодня на какое-то то ли собрание, то ли еще что-то. Кто-то такое переживает в толпе, кто-то один. Как кому легче. Так что не заставляйте мелкую, не надо.
— Подожди, на какое собрание? Что ещё за собрание? — понимаю, что мы говорим с ним немного о разном. Я-то имею в виду бурную попойку выпускников, последствия которой пришлось разгребать с полицией.
— Ну, цветы там несут, свечки… — Дэн опускает голову, явно пытаясь скрыть от меня свои эмоции, и опять начинает нервно поливать тряпкой и без того чистую стойку. — Попрощаться хотят, что-то типа такого, — сухо добавляет он.
— В смыле, — говорю, — попрощаться?
И в то же время чувствую, как резко вспотели ладони, держащие сумку. Вспоминаю горящую свечку на темном фоне на аварке Эмель. И уже подсознательно знаю, предчувствую то, что скажет Денис в следующую секунду.
— Да с кем еще, Полина! Что, у нас тут каждый день народ из окон прыгает? С Виолкой, конечно! А ты что… — глядя на мое лицо, мимику которого я внезапно перестаю контролировать, спохватывается Дэн. — А ты что, о чем-то другом говорила? Ты что, еще ни о чем не знаешь, что ли?
И в ответ на мое молчаливое покачивание головой, продолжает:
— Ну ты даешь, Полина. Ну, даешь. А еще ревизор! Что ж ты с такой невнимательностью наревизовать-то можешь? Нет, я понимаю, любовь-морковь там, свои дела… Но весь город же со вчерашней ночи гудит. Как ты могла не знать ни о чем?
— Да я ни с кем не общалась особо, — стараюсь прокашляться, чтобы выровнять голос, в то же время надеясь, что ослышалась. — И интернет у меня фиговый. Неоткуда новости брать.
— А Артуро что? Ничего не рассказал? Он же вчера своих забирал как раз, под утро. Сестру свою искал, но я не видел из ихних никого. Я, вообще, мало чего видел, Полинка, чему очень даже рад. Артуро, кажется, видел больше, так на нем лица прям не было, а он чувак такой, знаешь… С выдержкой.
Так вот оно что, думаю, автоматически убирая прядь волос, упавшую на глаза. Вот почему Артур был в таком состоянии, когда приехал ко мне, и этот его странный немигающий взгляд… И ничего же не сказал, попытался замять тему!
Я не могу понять, понимаете чего ударило по мне больнее — то ли новость о том, что школьное ЧП, к которому я отнеслась так легкомысленно, оказалось действительно серьезной трагедией., То ли то, что та самая Виола, девочка, разговор которой я подслушала в женском туалете — теперь я не сомневаюсь, что это была именно она, — мертва, и весь городок идет к ней прощаться, принося цветы и свечки. Ведь только сегодня ночью я видела ее на сцене, будучи уверенной, что ничего с ней не случится, что в окружении друзей и поклонников она в безопасности.