— Да никто не издевается, теть Поль, — поворачивая макбук к себе, Эмелька щёлкает кнопками на клавиатуре, выводя на экран второй профиль, с аватаркой неожиданно парня-подростка — типичное лицо из тех, какие любят использовать для рекламы зубной пасты или молодёжной одежды. Смазливое, но безликое. Неотличимое от сотни таких же лиц. Снимок явно стоковый, этот красавчик точно так же красуется на сотнях других страничек, а еще — на полках канцелярских магазинов как лицо в фоторамке.
— Сэм Петров? — читаю я имя в шапке профиля. — Сэм Петров, Эмель?
— Ага, — хитро улыбается она в ответ на мой вопрос. — А че, теть Поль, круто звучит, да?
— Сэм, я так понимаю, сокращённо от… от Сэмэн?
— Не-ет! — возмущение в голосе Эмельки перекрывает даже дурашливое веселье, с которым мы обсуждаем страничку ее альтер-эго. — Ну какой еще Семён, теть Поля!
— А кто?
— Сэмиус!
— Кто? — громко смеюсь я, совсем забыв о своих недавних мрачных мыслях. — Сэмиус Петров? Ничо так звучит! Сэмиус Петров! Прямо как Чарльз Колбаскин! Или Эдвард Пупкин!
Эмелька покатывается со смеху, роняя голову на руки и закрывая своими буйными кудряшками клавиатуру лэптопа. Ловлю направленный в нашу сторону взгляд — Дэн, которому, как всегда, тяжело оставаться в стороне от любого веселья, смотрит на нас, едва не подскакивая на месте. Показываю на пальцах, чтобы сделал еще один капучино и снова возвращаюсь к изучению нового персонажа, чью страничку Эмель обещала мне отдать во временное пользование.
— Родной город — наш… Живет в… Англии? В Англии, Эмель? А учится, наверное, в Хогвартсе? А, нет — в Кембридже. Ну, это ты поскромничала. Какой-то обычный магловский универ… Сэмиус у нас же такой необычный, что просто обязан обладать каким-то супер-способностями!
Эмель больше ничего не отвечает, только продолжает смеяться и кивать, очень довольная персонажем, которого ей удалось создать в сети.
— А классно я придумала, да?
— Нет, ну неплохо, неплохо. Правда, неправдоподобно все, начиная от и до. Тут же за сто километров видно, что фейк.
— А догадывались не сразу и не все. Некоторые в Сэмика даже влюблялись, представляешь, теть Поль?
Я только красноречиво закатываю глаза под лоб. Такое странное сочетание жестокости и наивности, присущее выросшим детям, все ещё не перестаёт меня удивлять.
— То есть, их не смутило, что он переехал прямиком из нашего городка в Кембридж? Не в какой-нибудь город поменьше и поскромнее, а в Кембридж!
— А что такого? Он же амбициозный! — отвечает Эмелька и мы снова начинаем хохотать в два голоса.
— В шестнадцать лет? Не рановато ли?
— А он школу экстерном закончил и поступил. Сам.
— Са-ам? — делаю нарочито удивлённые глаза. — Какой молодец! Наверное финальные тесты хорошо сдал?
— Ага! — радостно кивает Эмель. — Он же умный! И красивый. И еще у него нет девушки, и он ее ищет.
— А-а-а-а… — только и могу что издавать странные звуки я, теперь уже сама ложась на стол и накрывая голову руками. — Это не страничка, это целая история в стиле янг-эдалт у тебя, Эмель! — говорю, отсмеявшись. — Где все крутые специалисты, шпионы и наемные убийцы аж в целых шестнадцать лет. Актуально, не поспоришь.
— А что, теть Поль, шестнадцать это не так уж и мало! И, кроме того, это нормально, немного врать насчёт города. У нас многие ставят себе какие-то крутые города — ну и что, раз сейчас мы здесь. А когда-нибудь будем жить в Лондоне и в Париже!
— Ну, тут не поспоришь, хорошая мечта. Как говорят американцы — Fake it till you make it. Притворяйся, пока это не станет правдой.
— Ну что-то типа такого, да. Кристина вон… — Эмель на секундочку умолкает и я вижу, как она немного хмурится, незаметно для себя. Воспоминания о перепалке с Кристиной, в которую успела вмешаться ещё и Виола, все ещё вызывают не самые лучшие чувства, пусть она и прячет их. — Крис вон вообще когда-то всем говорила, что она из Нью-Йорка.
— Откуда? — снова хлопаю глазами я.
— Из Нью-Йорка. Ну, может, это и правда, никто же не знает, где она она родилась и жила, пока сюда не переехала.
— А она что, не с рождения здесь живет? — не могу не ухватиться за ниточку в прошлое Кристины.
— Нет, приехала лет в семь. Она с мамой вернулась сюда, а потом ее оставили у бабушки. А мама на заработки уехала.
— В Нью-Йорк, что ли? Слушай, Эмель, ну это же смешно. У вас тут каждый второй — как не житель Нью-Йорка, так англичанин. Все это развод и детские фантазии, можешь мне поверить.