— Нет, конечно, вы не говорили. Это мне Артур сказал, когда мы с ним сыграли здесь, у вас. Первый и последний раз! Больше никак не получалось повторить. Совсем никак.
— Артур? Сам сказал? А что это он с вами такой разговорчивый стал? Чудеса, да и только. И как это вы его так по-свойски… Он обычно с теми, кого я ему поиграть подыскиваю, и словом лишним не обмолвится. А с вами вот так ни с того ни с сего разговорился, да? Ох, что-то скрываете вы, девица-красавица. Что-то скрываете…
Вот так вот. Приехали, девица-красавица. Кто там себе недавно давал установку на «никогда не теряй бдительности»? Дура ты, а не девица-красавица.
— Ну ладно, ладно, рассекретили! — чтобы свернуть беседу в другое русло, примирительно говорю я, продолжая ругать себя на чем свет стоит. — Обыграл меня ваш Артур Борисович в пух и прах, я рассердилась, навела о нем справки, вот сегодня приехала, хоть и опоздала, думала взять реванш, а он…
— А у кого это вы о нем справки наводили? — спрашивает тренер с ещё большей подозрительностью.
Черт, неужели и он тоже? Тоже считает Артура своим трофеем и испытывает что-то похожее на уколы ревности, когда кто-то хочет посягнуть на его любимого ученика?
— А он сегодня играл с моим другом! — чуть громче и напористее, чем надо, говорю я, начиная злиться. Хватит оправдываться. Чем больше я это делаю, тем хуже получается.
— С каким еще другом?
— С Валентином. Он должен был подойти сюда к полудню.
— А, с Вэ-элом! — на этом месте подозрительный тренер неожиданно улыбается, а я совсем перестаю понимать, что происходит. — Так что ж вы раньше не сказали! Был тут Вэл, и с Артур Борисычем они славно сыграли. Разнёс его Артур Борисыч в пух и прах, Вэл так расстроился, бедняга! Так жалко его было. Как большой ребёнок, ей-богу. Вот что значит спортом сызмальства не заниматься, подготовки никакой физической, но воля к победе — ого-го!
— Что-о? — чувствую, как мои глаза ползут на лоб. Для того, чтобы получить доступ в святая святых Вэлу даже не пришлось притворяться каким-то там разрядником. — Как это вы пустили на корт неспортивного человека?
Что здесь произошло, пока я читала дневник Кристины? Ведь прошло всего полтора часа. Полтора часа, не больше!
— Ну, тихо-тихо! Как белены объелись сегодня, в самом деле! Нервные какие-то… А вот так и пустил! Потому что это не абы кто, а друг и деловой партнёр Артура Борисовича.
— Что-о?! — я просто-напросто не верю своим ушам.
— А ничто! — с неожиданной резкостью обрывает меня тренер. — Вот что хотите со мной делайте, а какая-то подозрительная вы, девица-красавица. Вроде всё про всех знаете, а вроде и не знаете!
— Да с каких пор Вэл с Артуром деловые партнеры?! — не сдержавшись, выкрикиваю я. — Они друг друга на дух не переносят! Вернее… Вэл. То есть… это он мне рассказывал, — и замолкаю, остановленная пристальным взглядом тренера.
— А мне Артур вот совсем другое говорил, — недобро растягивая слова, снова говорит тренер. — Что давние приятели они, приехал, значит, Валя к нему из столицы.
М-да… Если мы с Артуром собираемся врать все оставшееся здесь недолгое время, надо хотя бы договорится, чтобы это выходило слаженно.
— Может, я что-то перепутала, — опустив глаза, я ковыряю носком землю в неуместном приступе раскаяния.
— Может, и перепутали. Может, вас тут и не ждал никто. Не зря они так быстро разбежались — Артур как Валю вашего уделал два раза всухую, о чём-то с ним договорился, и уехал. А я его подаче правильной поучил, ну так же жалко его было. А Валя человек приятный, простой, хоть и из столицы.
Вэл? Это Вэл-то с его снобизмом — простой человек?!
— Вот и сказал он мне, значит, что договорились они на проект какой-то совместный с Артур Борисовичем. Может, и вам, говорит, что-то тут современное спроектирую. Вы, говорит, и так молодцы, держитесь — у нас в столице не каждый корт ровня вашему.
Вэл? Вэл, который вообще не верил в наличие хоть какой-то площадки здесь и все переживал, что это ловушка, чтобы расчленить его и закопать в ближайшей посадке?!
— И нам с переустройством помочь обещал — у нас же вон по боковой стене в крытом зале трещина пошла, по-хорошему перестроить тут все надо на современный лад. Теннис — это ж не просто спорт, это спорт для элиты! А мы все время как бедняки побираемся.
— Это вам тоже Вэл сказал? — слышу я в утверждениях тренера очень знакомые нотки.