Будто бы услышав мои мольбы о ясности, звонит телефон и я едва не подпрыгиваю — Дэн! Наконец-то! Он обязательно, обязательно расскажет мне, что происходит и к чему мне готовиться.
— Але, теть Поль! Теть Поль, ты едешь? — это Эмелька, с номера Дэна, и голос у нее… откровенно зареванный.
— Эмель? Да, еду! Буду через… Сколько нам осталось? — уточняю у таксиста, почему-то вспоминая, что в ситуации форс-мажора очень важна точность формулировок.
— Минут десять, — несмотря на вальяжный ответ таксиста, машину он ведёт быстро и уверенно, и я в который раз радуюсь, что всех самых проблемных водителей жизнь подсунула мне в начале поездки в этот город. В последние несколько дней судьба прямо-таки благоволит ко мне в плане таксистов. Надеюсь, на этом ее благосклонность не закончится…
— Десять минут, Эмель, и я на месте!
— П… приезжай быстрее! Тут… тут ужас что творится, теть Поль! Я… я так переживаю за дядю! Мы нигде его не можем найти! — и она начинает рыдать в трубку, пока у меня в глазах натурально темнеет.
Эффект такой странный и такой сильный, что я начинаю беспокойно возиться, чтобы понять, что это не обморок. Нет-нет, только не это, я не могу позволить себе свалиться без чувств, когда так важно быть в сознании и ясно соображать. Но это самое сознание, прибитое Эмелькиной фразой, работает очень туго, как будто на самом деле пытается оправиться от нокаута.
Так, значит, Артур не помогает никому тушить пожар. И не берет трубку не потому, что не может подойти из-за своей вечной занятости и желания быть полезным.
Его просто все… потеряли.
Потеряла Тамара Гордеевна, давшая мне пару часов на возвращение сына, как будто это какая-то игрушка. Потерял Дэн — поэтому он кричал мне в трубку: «Где Артуро?», пытаясь найти друга. Но… почему все так? Почему они до сих пор не нашли его, ведь я четко сказала, где его искать?
— Эмель, погоди, погоди! — кажется, только новые непонятки выводят меня из состояния идиотского полуобморока. — Что значит «не можете найти»? Я же сказала Денису, что Артур у меня дома! Вы что, мне не поверили? Повелись на какие-то другие слова? Так твоим родственникам я наврала, специально, чтобы они не доставали его хоть сегодня! Верь мне, я правду говорю — он звонил мне оттуда! Артур точно у меня, срочно выводите его на воздух!
— Н… не получается! — всхлипывает Эмелька, и ее голос неожиданно заглушает какой-то нарастающий шум.
Не могу понять, что там происходит, и продолжаю ее допрашивать:
— Что значит, не получается? Вы, вообще, в дверь звонили? Пытались в дом пробраться?
— Д…да! — из-за постоянных всхлипов ее очень трудно понимать. — И в дверь стучали и звонили, и в окна пробовали! Никто не открывал. А потом нас прогнали!
— К… кто прогнал? Пожарники?
Пожалуйста, пожалуйста, пусть будет так. Пусть хоть одна хорошая новость за сегодня. Пусть я сейчас услышу, что приехали профессионалы и взяли ситуацию в свои руки.
— Нет, — мгновенно обрубает мою слабую надежду Эмелька. — Ма… ма.
— Что?! — вот тут я уже теряю контроль и ору в трубку, как будто это Эмелька виновата в том, что происходит. Но я ведь видела, уже видела Наташку там — на что я могла надеяться? Что она просто увидит Эмель, пообщается с ней и уйдёт?
— Что она там делает, Эмель?! Ты ее встретила раньше всех — я в сториз видела, отвечай!
— М… Мне… Теть Поль, я не м. могу-у, — она ревет прямо таки взахлёб, а я продолжаю добивать ее вопросами, даже не стараясь успокоить, желая только одного — вытрясти из нее, наконец, правду.
— Мне кажется это она-а…
— Что?!
— Что она подожгла траву… А теперь она там, у крыльца. Она и еще… Женщины… Разные! Они там что-то… выкуривают.
Господи, там же Артур. Зачем они его выкуривают?
— Эмель! Слушай меня внимательно! Это очень важно! Кто-то должен это прекратить! Это вопрос жизни и смерти, Эмель! Причём, как раз твоего дяди жизни и смерти! — неужели я это говорю?
Нет, я сплю и мне снится кошмар. Мне просто дали слишком забористое снотворное, и на самом деле я до сих пор в палате, напротив сидит Люда, охраняет мой сон. А как проснусь, за мной приедет Артур — он тоже отдохнёт, и мы уедем вместе с ним, спокойно и без всяких потрясений.
Ох, черт… Вот же разгадка того, куда он пропал, почему они не могут его найти и даже выкурить. Он спит! Я почти железобетонно уверена в этом — такая версия обьясняет всё! А что, если он не услышал будильник… Или нет-нет, не так. Ведь он вне зоны.
А что, если он завёл будильник, но телефон почему-то отключился… разрядился, отошёл от сети… Тут же вспоминаю, что возле постели у меня нет никаких розеток, все они только в кухонной зоне, парочка в ванной и несколько — в предбаннике с черного входа, где Вэл сгрузил оставшийся после ремонта инвентарь.