– Я вру. Мне очень стыдно, – произносит, смеясь, Фабиан и снова запускает пятерню в волосы.
Он выглядит немного нелепо в такой позе и не кажется взрослым мужчиной, а скорее провинившимся подростком. Но эта улыбка, ради неё наверняка можно простить всё что угодно.
– Я знал, что вы будете здесь, поэтому и выбрал именно этот рейс. Утренний, – поясняет он, а я ещё больше краснею и понимающе киваю.
Хотя не уверена, что понимаю, о чём он говорит. Зачем я ему понадобилась? Неужели?
– Мне хотелось с вами увидеться, чтобы убедить работать в «ББА». Вы идеально подходите, – он поправляет жилетку и галстук.
Задевая меня плечом, немного отодвигает в сторону и достаёт свою дорожную сумку, которая лежит возле кресла. Улыбка не сходит с его лица, в то время как я сменяю неуверенность и скромность на недоумение и разочарование. Значит, просто работа? Ну и пошёл он тогда. Мысленно посылаю его я и отступаю ещё дальше, к другому иллюминатору, давая ему место для того, чтобы развернуться. И только сейчас замечаю, что за нами наблюдают. Большие ярко накрашенные глаза бортпроводницы мечутся от меня к Фабиану и обратно, её рот даже немного приоткрылся от изумления.
– Не могли бы вы подвезти меня к терминалу? Не хочу отвлекать вас от работы, но хочу поговорить, – вроде спрашивает меня Фабиан, но я не успеваю ответить отказом, как он, улыбаясь ещё шире, прощается с экипажем, благодарит бортпроводницу, говоря ей комплименты, и направляется к моей служебной машине.
Я даже не удивляюсь тому, что он знает, куда идти, но эта невозмутимость и нежелание слушать мой ответ просто выводят меня из себя. Я продолжаю стоять вот так, пока голос поднявшегося на борт техника не выводит меня из очередного за этот день транса.
– Если экипаж готов, нам надо отогнать самолёт на дальнюю стоянку. Ведь он вылетит в Сиэтл только сегодня ночью, – говорит молодой техник Майк и смотрит на меня, немного не понимая, что происходит.
Я выгляжу растерянной, но я тем и хороша в своей работе, что умею быстро переключаться. И вот через минуту я уже общаюсь с пилотами из категории «звезда во лбу». Отдаю распоряжения относительно заправки и уборки, жду автобуса для экипажа, который отправляется в гостиницу, чтобы отдохнуть. Через 23 минуты, как всегда, ровно по моему времени все поля моего отчёта заполнены.
– Так откуда вы знаете мистера Лина? – как бы между прочим интересуется эта самая блондинка, которая успела распустить свой хвост, расстегнуть несколько пуговиц на блузке и выглядеть ещё более распутной. Хотя мне казалось, это просто невозможно.
Я приглядываюсь к бейджу, висящему на её шее, и читаю имя. Китти. Ну естественно. Она могла стать ещё дешевле только с таким именем как у настоящей стриптизёрши. Понимаю, что немного некрасиво оценивать человека по внешнему виду, всё же не могу себе отказать в такой малости. Ведь она наверняка тоже успела оценить меня. Не дождавшись моего ответа, она продолжает.
- Он невероятно красив. От таких мужчин захватывает дух. Он ещё и богат. Мистер идеал, – шутит она, и раздаётся громкий смех, который очень неприятен моим ушам. Такое ощущение, что скребут ногтями по стеклу, у меня даже мурашки по спине пробегают. Понимаю, что нужно срочно убираться с самолёта. Его фамилия Лин. И он богат. Что же он тогда делает в «ББА»?
Я спускаюсь с самолёта, слежу, как техник закрывает дверь, и наконец, оказываюсь в своей машине, которая пропитана запахом Фабиана Лина. Он занят в своем новеньком iPhone и даже не обращает внимания на меня. Даже не знаю, обидно ли мне. Скорее я всё ещё в полном недоумении от его поведения и всё еще не понимаю, что он за человек, хотя талант понимать людей у меня с рождения. Отец говорил, что мне нужно работать не в авиации, а психиатром или на крайний случай психотерапевтом.
– Вы хотели со мной поговорить? – бросая как бы между делом, я вставляю ключ в замок зажигания.
Не рискую смотреть на него, но чувствую, как он перевёл взгляд со своего телефона на меня. Скользнул взглядом с волос на ухо, затем на плечо, на котором через немного просвечивающую ткань шёлковой блузки видна лямка персикового цвета бюстгальтера. Он останавливается на плече, но так и не произносит ни слова. Ехать немного, но я чувствую, как напряжение между нами нарастает.