– С тобой могло что-то произойти, – неожиданно он обхватывает моё лицо и заставляет смотреть прямо в глаза, – я бы никогда не простил себе этого.
Фабиан проводит рукой по волосам и, отпуская меня, делает шаг назад. Его глаза становятся туманными, и мне хотелось бы верить, что он думает о том, каково это – потерять меня. Он отводит взгляд, и мне даже на какую-то секунду кажется, что он сейчас уйдёт, убедившись, что я в целости и сохранности, но ведь это не так. Я совсем не в порядке. Он резко разворачивается ко мне всем телом и оказывается ещё ближе, чем мгновение назад. Сердце замирает. Я смотрю ему в глаза. Его рука вдруг скользит по моей щеке, а я невольно улыбаюсь уголками губ. Тело готово сдаться и поддаться на его странные, но такие желанные ласки. Я опускаю ресницы и боюсь даже произнести хоть слово.
– Представляешь, если с тобой что-то случилось бы, – его ладонь замирает на моей щеке и лишь большой палец поглаживает её.
Я смотрю не отрываясь в эти глаза. Губы по-прежнему трясутся, но больше всего я хочу, чтобы он меня поцеловал. Я даже тянусь к нему, но осекаюсь и опускаю голову. Всё это кажется каким-то нереальным. Мы вдвоём стоим в лесу в другой стране, и я слышу стук сердца, интересно, это моё или его? Всё ещё не решаясь произнести ни слова и даже взглянуть на босса, я заставляю себя выскользнуть из его рук. Хотя мне так этого не хотелось.
Страх внутри меня не может исчезнуть вот так просто, и воспоминания стараются утащить в свою пучину, полностью поглотить. Я помню каждую секунду того дня и помню ужас, сковавший моё тело. Я практически оказалась там, в прошлом, и всё ещё чувствовала, как сердце готово вырваться из груди. Конечно, Фабиан не он, не тот, кто причинил мне столько боли и страдания. Бойл никогда не сделает мне больно физически, я была в этом уверена. Моё подсознание смеётся надо мной, возвращая секунда за секундой в самые страшные воспоминания. Сейчас я порчу всё сама своим страхом. Но просто не могу позволить себе думать о его губах, тёплых руках, пока меня не отпустит ощущение неизбежной боли и страдания.
– Со мной всё в полном порядке. Не стоило возвращаться и отказываться от перелёта, теперь подписание договора перенесётся. Надеюсь, ваши итальянские коллеги не сочтут это за нежелание вести дальнейшие переговоры.
Я становлюсь вновь собой. Рассудительной и собранной. Мне нужно собраться и переключиться, единственное, что помогало мне не бояться, – работа. Затягиваю туже свой плащ, так что даже не могу глубоко вздохнуть. Но это даёт мне шанс не думать о нём. На нём та же одежда, что и перед вылетом. Простые синие брюки, обтягивающие, белая рубашка в серую полоску и пиджак. Я провожу рукой по спутавшимся волосам и понимаю, что моего телефона нет.
– Чёрт, – ругаюсь я и возвращаюсь на то место, где всё ещё стоит мой немного опешивший начальник.
Его глаза горят злостью.
«Кажется, я всё испортила. Хотя почему кажется? Я точно всё испортила».
Наклонившись, я пытаюсь нащупать телефон в темноте. Он не мог упасть в другом месте. Я была только тут. Всё ещё не решаясь посмотреть на Фабиана, я сантиметр за сантиметром ощупываю холодную землю, стоя на коленях. Зрелище, наверное, ещё то. Но мне необходим телефон. Ругаясь то ли про себя, то ли вслух, я никак не могу найти «мою жизнь». И в этом я вся. Иногда просто хочется провалиться сквозь землю.
– Я сам могу разобраться со своими партнёрами, Алиса, – наконец выходит из транса мой босс, и я чувствую, как он скользит взглядом по моей весьма привлекательной позе.
– Поэтому самое время позвонить и забронировать билеты на самый ранний рейс на завтра, и едем в гостиницу, – произносит он.
Я чувствую что-то в снегу и земле и начинаю в них копаться, о да – мой телефон. Вздох облегчения, и я вскакиваю с земли, начиная отряхиваться от грязи. Руки скользят по коленям, по груди. Я стараюсь не смотреть на Фабиана и даже пропускаю его слова о звонке и гостинице.
– Будет исполнено, – выплёвываю я слова, подходя ближе, – но мой телефон сел.
Вижу, как он протягивает мне свой. Всего минуту назад я хотела, чтобы он меня поцеловал, чтобы прикоснулся руками к моему лицу и я могла чувствовать его запах. А теперь мне хочется расцарапать ему его за такую холодность. Я ни в чём не виновата. Он сам забрал мои вещи. Смотрю в чёрные глаза, которые кажутся ещё темнее из-за ночи и ярости, которая горит в них, не скрывая. Плевать.