– Всё верно. Фабиан Бойл – мой начальник, – протянула я как можно отчётливее его имя и отошла к вешалкам с платьями в другом конце зала, чтобы женщины могли насладиться общением друг с другом. До меня доносились лишь обрывки фраз, из которых я поняла, что всем нам придётся увидеться сегодня вечером, для которого я всё ещё не была готова.
Симон вернулась ко мне через несколько минут с очень странной полуулыбкой на лице, смысл которой был для меня скрыт. Она почти втолкнула меня в примерочную, в которой уже висело платье, подобранное, как я поняла, для меня лично. Во всяком случае, размер был мой.
Эта женщина – настоящая буря, я не успела раздеться, как она влетела в примерочную.
– Давай быстрее, chеri[4]. Мы и так уже не успеваем, – пропела она и помогла мне застегнуть платье, вытащила волосы, опуская их сзади. Я могла лишь повернуться к зеркалу и улыбнуться отражению. Никогда прежде я не выглядела так, как сейчас. Симон довольно хмыкнула и, почесав подбородок, удалилась из примерочной. Я поняла, что это означало полное одобрение моего внешнего вида.
Мне ужасно хотелось всё узнать об этой Ирэн. После нашего столкновения в салоне мне было понятно, что она занимает какое-то особое место в жизни Фабиана, но какое конкретно и что за история их соединяет, не могла себе даже представить. Но спросить у Бойла было бы верхом наглости, особенно учитывая наши непростые отношения. Спросить у Симон? Она так добра ко мне сегодня, пусть это и игра в какой-то степени и я лишь развлечение для этих французов, что-то новое и необычное, но я признательна за то, что почувствовала себя такой красивой и раскрепощённой, сидя рядом с ней в машине и сжимая в руках маленький серебряный клатч, в который еле поместились мой телефон и помада. Возможно, именно сегодня, на этом вечере, мне приоткроется завеса тайны, но если же я так ничего и не узнаю, придётся спросить. Не смогу спокойно общаться с боссом, пока не пойму, что за чувства его одолевают к этой восхитительной в своей холодности женщине.
Я нервничала. Не видела Фабиана почти целый день и не знала, что с ним происходило и как вообще обстоят дела. Последние несколько недель мы не разлучались, и теперь я чувствовала, как мне его не хватало. Я волновалась оттого, что сегодня выгляжу не так, как обычно: привычный брючный костюм или строгое закрытое чёрное платье я сменила на что-то несвойственное мне. Постукивая шпильками босоножек, я прокручивала в голове сегодняшний день. На мне то самое платье, которое висело в примерочной, будто ожидая именно меня: оно не доходило до колен, с открытыми плечами, из тонкого шифона, украшено серебряной вышивкой, с целомудренным круглым вырезом у самого горла, но с открытой почти до нижней точки поясницы спиной. Босоножки тоже слишком открыты для осенней погоды – переплетённые ремешки, чуть прикрывающие щиколотку. В ушах сверкали серьги, мои единственные, которые подарил отец, когда мне исполнилось двадцать, незадолго до моего отъезда. Строго говоря, он просто передал подарок от мамы, эти серьги переходили из поколения в поколение по её линии - гвоздики с бриллиантами. На плечи наброшено белое осеннее пальто, хотя я чувствовала, что сейчас мне очень жарко; я вся в предвкушении. Волосы заплели в небрежный пучок из локонов и оставили пару прядей непринуждённо висящими. Лёгкий макияж, губы, едва тронутые блеском. Я чувствовала себя восхитительно красивой, и будто весь мир вместе со мной готовится к этому вечеру. Я никогда не присутствовала на подобных мероприятиях. Симон рассказала лишь, что это ежегодный бал для сбора пожертвований в Фонд защиты архитектуры и искусства Франции, когда богачи собирают деньги, чтобы сохранить ту или иную достопримечательность, а взамен получают право иногда в этих местах устраивать «особые», как подчеркнула Симон, вечера, о которых таким, как я, лучше не знать. Не понимаю, что она имела в виду, но я точно вела себя гораздо хуже, чем можно представить, глядя на меня. Конечно, моя фантазия нарисовала извращённые вечеринки свингеров или даже любителей доминирования, но это не могло меня удивить. Что только не увидишь в нашей жизни.
Симон сжала мою дрожащую руку и улыбнулась.
– Мы уже подъезжаем. Приготовься, chеri, на тебя будут все глазеть, – она подмигнула и выскочила из едва остановившейся машины, оставив меня наедине со страхами.
[1]Французская романтическая комедия 2001 года режиссёра Жан-Пьера Жёне.