– «Отель», – успел сказать голос в динамике, прежде чем я выскочила из автобуса и направилась прямо в номер, чтобы предаться жалости к своей персоне.
Фабиан отправил эсэмэску об очередной встрече сегодня за ужином и назначал встречу на завтра, как всегда, в 7:30 за завтраком. Такое расписание рано или поздно меня убьёт. Я, конечно, не «сова» и не особенно любила спать подолгу, но ранние подъёмы, чтобы привести себя в порядок, затем молчаливый завтрак с лишённым каких-либо эмоций Фабианом и лишь список заданий или дел на сегодня… Как мне надоело чувствовать это! В Лиссабоне показалось, что мы сдвинулись с мёртвой точки, наконец можем раскрываться друг перед другом, но всё снова вернулось на свои места. Мы просто работаем вместе, точнее, я работаю на него.
Мой номер оказался, как всегда, большим и просторным, будто способен был как-то заполнить пустоту, что поселилась в моём сердце с самого вылета из Португалии. Телефон пискнул, обозначив приход нового сообщения, но я была больше не готова читать сообщения от своего босса. Юбка спустилась по ногам вниз и застыла на полу, к ней присоединилась и блузка вместе с бельём. Мне необходимы горячий душ и мягкая кровать, конечно же, лучше моя, но и эта с накрахмаленными белыми простынями сойдёт. Я успела лишь зайти в ванную, как послышался стук в дверь. Вот только этого сейчас не хватало. Я накинула белый халат, затянув его потуже на талии, и открыла дверь.
– Сюрприз, – этот голос, сделавшийся в последнее время таким желанным и нужным, эти глаза, пропитанные добротой и нежностью, и руки, протягивающие букет из маленьких белых садовых роз.
Я так и оставалась стоять как вкопанная, потому что не могла поверить, что он здесь. Стоит вот такой красивый предо мной. А я в халате и вся потрёпанная и уставшая. Но улыбка расплылась на моём лице, и я открыла дверь шире, пропуская моего нежданного и долгожданного одновременно гостя внутрь.
– Дэвид, – наконец смогла проговорить я и закрыла за нами дверь моего гостиничного номера с табличкой 316.
Он улыбался влекущей и сексуальной улыбкой, чуть открывающей белые зубы, в глазах горел такой огонь, что я вспомнила наш поцелуй в его кабинете, по телу разлилась волна желания от воспоминаний. Как же тяжело даётся это воздержание!
– Ты была такая грустная по телефону, и я не хотел ждать ещё несколько дней, чтобы увидеть тебя. И вот я здесь, – он бросил букет на кровать и медленно, будто тигр, готовящийся напасть на свою жертву, подходил ко мне, пока я могла лишь стоять и смотреть на него с самой идиотской улыбкой, что могла быть на моём лице.
Почему тот, кто меня совсем не знает, так чувствует настроение и угадывает желания, а тот, перед кем я открылась и кому доверила самые страшные секреты, лишь больше захлопывает свою раковину и не впускает меня?
Дэвид остановился всего в миллиметре от меня, и я чувствовала, как меня охватывает желание рядом с ним, что я хотела просто расслабиться и насладиться моментом, дать себе наконец свободу. Но неужели мужчина важнее принципов? Слишком много мыслей. Я запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Такие чистые, голубые. Его волосы падали на лицо, и он уже не был запретным профессором, которого я видела на занятиях, а просто красивым мужчиной, которого я хотела. Вот же он, совсем рядом со мной. Надо лишь протянуть руку и почувствовать его тепло.
– Может, поужинаем и ты мне расскажешь о своих путешествиях, – его ладонь осторожно легла на мою горящую щёку.
– Если у тебя, конечно, нет идей поинтересней, – он улыбнулся и подмигнул мне.
Как же мне не хватало вот такого простого общения, обычного флирта, двусмысленного и откровенного, когда не надо притворяться! Я положила руку на его, покоящуюся на моей щеке, и поднесла к губам. Язык коснулся самого кончика указательного пальца, погружая его глубже, я даже прикрыла глаза от переизбытка своих эмоций. Я давно не была так откровенна и действительно заведённой. Я слышала этот звук от него, не то рык, не то стон желания, от такого звука всегда пробегают мурашки по всему телу, и я готова наброситься на мужчину, потому что начинаю испытывать это непередаваемое желание обладать им здесь и сейчас.