– Мне нужно пять минут, чтобы переодеться, – наконец произнесла я, всё ещё держа его за руку и не разъединяя наши взгляды. Я знала, что хочу, но мой мозг не соглашался, он буквально кричал о принципе и что столько времени воздержания не должно пропасть зря, хотя я и кипела вся изнутри от простого желания обладать этим мужчиной.
– Пять минут, – прошептал Дэвид, не сдвинувшись с места, лишь переместив руку на пояс моего халата и удерживая меня рядом с собой. Мне оставалось лишь смотреть на него и слишком громко дышать.
– Пять, – он потянул меня за пояс, так что я оказалась прижатой к нему максимально, руки двинулись, и пояс халата упал между нашими ногами, представляя меня его взору, – минут.
Дэвид шумно выпустил воздух из лёгких. Он смотрел именно тем взглядом, какой я ждала долгое время - чистое желание. По телу пробежал жар, когда его пальцы коснулись бедра, прошлись по, кажется, горящей коже и оказались на ягодице, он с силой её сжал и впечатал меня в себя с такой силой, что я не могла пошевелиться. Лишь чувствовать, как его грудь поднимается и опускается и его желание упирается мне в живот. Его руки сжали мои ягодицы ещё сильнее, отчего я закусила нижнюю губу до крови, ощутив привкус металла во рту.
Всё закончилось так же быстро, как и началось. Он отпустил меня и отодвинулся на пару шагов, но продолжал разглядывать, нервно проводя рукой по волосам.
– Я подожду тебя в ресторане отеля. Мне необходимо передохнуть, – он как-то виновато улыбнулся и вышел из номера.
Только сейчас я начала дышать снова.
Мне понадобилось гораздо больше пяти минут, чтобы привести себя в порядок. Несмотря на то, что в зеркале отражалась полностью уверенная в себе девушка, готовая к новым поворотам в своей жизни, внутри я себя такой совсем не ощущала. Во мне всё трепетало от событий получасовой давности, и я не знаю, как смогла держать себя в руках. Чёртово воздержание даётся мне очень тяжело, и кажется, моё желание с каждым днём только возрастает, и я готова в любой момент сдаться; особенно сложно устоять перед властью его голубых глаз. По телу всё ещё прокатывались волны возбуждения и желания, как только я вспоминала его руки на себе, а это случалось слишком часто для моих быстрых сборов. Он ждал меня в ресторане гостиницы, и заставлять его ждать ещё я просто не могла себе позволить. На мне были узкие чёрные джинсы и серый топ, сверху я накинула полосатый кардиган, на ногах неизменные ботильоны на каблуке. В целом ничего не выдавало во мне тех эмоций, что роились внутри.
– Я уж думал, ты не придёшь, – он улыбнулся такой улыбкой, от которой ноги подкосились, и я вновь вспомнила его руки. Он совсем не собирался мне помогать немного расслабиться. Хотя в манерах было сложно упрекнуть моего профессора. Он вежливо отодвинул мне стул и налил в бокал вина, которое стояло на столе. Красное, как я люблю.
– Прости, что так долго: мне понадобилось время, чтобы остыть, – чтобы скрыть свой румянец, пришлось прикрыться меню и делать вид, что я его упорно изучаю, хотя мне сейчас абсолютно не хотелось есть. Хотелось совсем другого, хотя мой мозг упорно протестовал и настаивал на обычном общении, моё же сердце давало понять, что не собирается останавливаться на ужине. И я пока не знала, кому же отдам предпочтение в этой борьбе.
– Без тебя на занятиях даже взглядом зацепиться не за кого, – он провёл рукой по волосам, отбрасывая их назад. За эти пару месяцев, что я его не видела, волосы немного отросли и он стал ещё более сексуальным: отросшие, светлые, они падали на лицо, щетина на лице, которая только украшала, и безумные глаза, которые пожирали меня, сидящую напротив него.
– Почему ты убежала тогда?
– Профессор, вы заставили меня понервничать. Обычно со мной не так откровенны, и я смутилась.
– Не думал, что ты из тех, кто смущается и стесняется, ты совсем не выглядишь как закомплексованная, – он усмехнулся и подал знак официанту.