– Я оставил тебя, чтобы ты вспомнила. Ты моя. Я хочу тебя только для себя. Не позволю никому одевать тебя по своему вкусу, не позволю никому к тебе прикасаться так, как должен лишь я. Ты меня поняла? – его губы почти касались моих и его руки сильнее сжимали моё бедро. Я чувствовала и понимала, но признавать не собиралась.
– Фабиан, милый, Дэвид произносит тост в честь Рождества. Ты ещё долго?
Это. Что. За. На хрен.
Мне кажется, я вскочила с такой силой, что чуть не сбила Бойла с ног. Как можно быстрее я нажала на выключатель, и комнату озарил свет. Я наконец могла посмотреть ему в глаза. Вот сейчас самое время. На нём отлично сшитый и подогнанный чёрный костюм, идеальная белая рубашка с расстёгнутыми первыми тремя пуговицами, как всегда, идеально взъерошенные волосы, непроницаемые чёрные глаза.
– Вот ты сейчас серьёзно, – шёпотом произнесла я, одёргивая платье. Теперь я казалась себе совсем не красивой и женственной, а грязной и потасканной, – Ирэн? Да ты издеваешься, – чуть громче сказала я и щёлкнула замочком ванной комнаты, распахивая дверь.
– Здравствуй, Ирэн. Рада тебя видеть. Счастливого Рождества, – я попыталась изобразить самую радостную из улыбок, на которую сейчас только была способна. Но мне казалось, что всё и так понятно. Я не могла смотреть на неё, чувствуя, что в очередной раз проиграла ей в этой игре. Но какой лицемер. Припёр на моё незабываемое и волшебное Рождество свою девушку, свою первую и самую сильную любовь, и рассказывает мне о том, что я принадлежу ему. Вот придурок.
– Дорогая, – по дороге в гостиную меня перехватывает мачеха, – Ева звонила, сказала, что в скором времени присоединится к нам. Её задержали на фотосъёмке.
Она расплылась в такой улыбке, которую я просто ненавидела. Улыбке хищницы.
– Я так расстроена, Фабиан привёл свою девушку, а я наделась, что у них с Евой что-то получится, – она так рассмеялась, что меня начало мутить.
В принципе, моя мачеха была неплохой женщиной, но одна её черта меня просто выводила из себя, и я, к сожалению, не могла ни с кем поделиться этими мыслями. Она была до невозможности глупой в плане того, когда лучше заткнуться. Она просто не умела обращать внимание на людей и их эмоции. Её всегда интересует только она сама и всё, что только её касается.
– Но я так рада за тебя, милая, – она попыталась меня обнять, но я вовремя сложила руки на груди, и она просто не решилась дальше ко мне подступать.
– Вы с Дэвидом. Это просто замечательно. Он такой красивый и безумно заботливый. Пригласить нас всех на Рождество в Нью-Йорк. Как замечательно! – её глаза сияли такой искренностью в отношении Дэвида и его качеств, я была уверена, что она правда благодарна за такую возможность.
– Да, Дэвид просто замечательный. И я рада, что вы все здесь, – я попыталась улыбнуться и, кажется, получилось даже вполне искренне.
– Если ты позволишь, я пойду налью себе выпить. Вечер обещает быть долгим.
Мне удалось уединиться в комнате Дэвида. Я приехала всего минут пятнадцать назад, но кажется, что прошло уже несколько часов. Во всяком случае, моё эмоциональное состояние говорило о том, что я просто выдохлась. Сидя на его кровати, я думала, что мы могли бы разделить ее сегодня ночью и из моей головы точно вылетят всяческие мысли о моём боссе
Но нет, Дэвид, не зная, что творит, собственными руками разрушил даже ту маленькую возможность нам оказаться в одной постели и насладиться разрушением моего года чистоты и воздержания. Мне нужно время, чтобы прийти в себя. Всё слишком быстро и неожиданно. Моя семья. Бум. Фабиан. Бум. Он хочет меня для себя. Бум. Ирэн. Взрыв ядерной бомбы. Кажется, я на какое-то время отключилась. Лишь маленький луч света, проникающий в спальню из приоткрытой двери, заставил меня наконец выпустить голову из рук и открыть глаза.
– Алиса, все уже за столом и ждём только тебя. Ты в порядке? – взволнованный голос Дэвида заставил меня возненавидеть себя. Я не поблагодарила его, лишь причитаю, что он сделал то, о чём я мечтала, не так, как мне бы того хотелось. Это такая неблагодарность и абсолютно нечеловечное отношение. Он хотел сделать мне приятное и опирался лишь на мои слова, думал, что Фабиан важен для меня. Просто не понимал, насколько именно.