– Ты издеваешься? – я слышу знакомый голос за дверью кухни и, как бы ни старалась себя заставить уйди, замираю возле двери и продолжаю прислушиваться. Глубоко внутри, очень и очень глубоко, я понимаю, что должна отойти и не слушать ругающихся людей не должна злорадствовать, но продолжаю улыбаться. Если этот вечер и был до сих пор пропитан моей нервозностью, то сейчас он превращается просто в потрясающее представление.
– Ты притащил меня, чтобы действовать на нервы этой девчонке? Боже, да ей сколько, пятнадцать? Не верю, что ты серьёзно, – её голос срывается.
Интересно, почему меня совсем не цепляют её слова? Может, потому что я наконец почувствовала себя победительницей? Я нахожусь в доме потрясающего мужчины, он окружает меня заботой и нежностью, а ей остаётся лишь смотреть, как её мужчина брызжет слюной ненависти и желания получить то, что он получить не в силах. Я уже почти собиралась присоединиться к семье на балконе, всего мгновение. Но его голос… Он всегда заставляет меня остановиться и сделать так, как хочется только ему одному.
– Ну прости. Я сам не знаю, зачем пригласил тебя. Этот придурок пригласил меня, будто я какой-то сосед по общаге, – его голос не казался таким уверенным и спокойным, как всегда в разговоре со мной. Он не был моим Фабианом, и это пугало. Неужели с ней он действительно другой?
– Ты всегда была и будешь моей первой и самой сильной любовью, – я представляю, как в его чёрных глазах отражается свет, когда он смотрит на неё и её сердце замирает, когда он произносит эти слова. Моё бы замирало.
– Фаби. Оставь. Эти слова не значат ровным счётом ничего, только твои глупышки попадаются на них.
«Ну спасибо», – пронеслось в моей голове.
– Могу сказать тебе только одно: если на сегодняшний день твои мысли и занимает кто-то другой, то я это исправлю. Я хочу тебя обратно, а ты знаешь, я всегда получаю, что хочу.
Видимо, в отличие от меня. Всего за мгновение я успеваю скользнуть в нишу и остаться незамеченной, в то время как Ирэн, поправляя свою и без того идеальную причёску, направляется к моей семье. Вот почему бы ей просто не взять и не убраться отсюда? Почему бы не исчезнуть из моей и его жизни? Это было бы идеально.
– И от кого ты здесь прячешься? Не от меня ли? – я не успеваю перевести дух от прохода этой идеальной женщины, как перед моими глазами появляется мой идеальный мужчина. Тот, которого я желаю каждую ночь и проклинаю каждое утро.
– Нет, просто успела отскочить, когда твоя подружка чуть не пришибла меня дверью. Надеюсь, вы не поругались? – кажется, как бы я ни старалась, но голос выдаёт меня, что я вру и, кажется, всё же краснею, что слушала весь разговор от начала и до конца, и главное, что нисколько не раскаиваюсь в содеянном.
– Мы никогда не ругаемся. Лишь обсуждаем стратегии и варианты нападения и отступления, – отчеканил он, сканируя меня взглядом чёрных глаза.
Я будто остаюсь прикована в этом углу его взглядом, просто не в силах пошевелиться или даже парировать его реплики. Я слишком слабая в его обществе. Надо собраться с остатками сил и хотя бы убраться бегством.
– Но ты, ты никогда не отступаешь. Хотела бы, но просто не умеешь это делать. Поэтому я так и восхищаюсь тобой, волшебная, – он стоит непозволительно близко, но могу ли я сопротивляться, когда он накручивает локон моих волос на палец, я ощущаю его дыхание рядом с собой, чувствую лёгкое, почти незаметное прикосновение губ к своему обнажённому плечу.
– Когда ты будешь готова, поймёшь, что в отступлении и белом флаге нет ничего плохого, вот тогда я получу тебя для себя, – он совсем не осторожно касается губами уголка моих губ и задевает своей отросшей щетиной, давая понять, что я действительно существую и он правда может делать со мной всё что угодно. Мне надо всего лишь сдаться, чтобы получить – что? Его? Сомневаюсь, что после этого начнётся наше «жили долго и счастливо», поэтому и не позволяю себе расслабиться, не дам себе сдаться и вывесить белый флаг. Я побеждаю, а не сдаюсь, для того чтобы всё было только лишь по моим правилам и с моим счастливым концом[Office1] .