Я сижу молча все то время, которое мы едем до школы, размышляя о том, что она имеет в виду.
— Эми, — решаюсь я. — Как бы ты описала мои отношения с Сайласом, если б была той, кто никогда с нами не встречался?
— Видишь, в этом твоя проблема, — заявляет она. — Ты всегда хочешь играть в игры.
Она подъезжает ко входу младшей школы, где Джанет вылезает.
Все как по маслу.
— Пока, — киваю вслед, когда дверь закрывается. — Она такая грубиянка, — сетую я, снова перевожу взгляд на Эми.
У Эми вытягивается лицо.
— А ты королева Ниццы? Серьезно, я не знаю, что на тебя нашло. Ты даже более странная, чем обычно.
Я кусаю губы, когда мы въезжаем на стоянку средней школы. Открываю дверь до того, как автомобиль останавливается.
— Что за черт, Чарли?
Я не могу больше ждать и слушать, что еще она выдаст. Бегу в школу, мои руки плотно обернуты вокруг моего тела.
Меня все ненавидят?
Толкаю дверь и вхожу, качая головой.
Мне нужно найти Сайласа.
Иду по коридору и замечаю, что люди смотрят на меня. Я не смотрю по сторонам, но чувствую их взгляды.
Я тянусь за своим телефоном, чтобы написать Сайласу, но он пропал. От досады сжимаю кулаки.
У меня был телефон, когда я отправляла ему сообщение, чтобы он не заезжал за мной. Должно быть, я оставила его в машине Эми.
Я уже на полпути обратно к стоянке, как вдруг слышу кто-то выкрикивает мое имя.
Брайан.
Я осматриваюсь, чтобы увидеть, кто за нами наблюдает, когда он подходит ко мне. У него по-прежнему заметные синяки под глазами в тех местах, куда я его ударила.
Мне это нравится.
— Что? — спрашиваю я.
— Ты ударила меня.
Он останавливается в нескольких шагах от меня, будто боится, что я снова это сделаю.
Тотчас чувствую себя виноватой. Я не должна была этого делать. В какую бы игру я с ним ни играла, прежде чем все это произошло, это не его вина.
— Извини, — выдавливаю из себя. — Я был сама не своя в последнее время. Я не должна была этого делать.
Похоже, я сказала именно то, что он хотел услышать. Его лицо расслабляется, и он проводит рукой по задней стороне шеи, глядя на меня.
— Мы можем пойти куда-нибудь, чтобы поговорить наедине?
Я смотрю на переполненный коридор и отрицательно качаю головой.
— Нет.
— Все в порядке, — уверяет он. — Тогда мы сделаем это здесь.
Я переминаюсь с одной ноги к другую и смотрю через плечо. В зависимости от того, как много времени ему нужно, я могу еще поймать Эми, взять ключи от ее машины и…
— Сайлас или я?
Моя голова дергается назад, чтобы посмотреть на него.
— Что?
— Я люблю тебя, Чарли.
О, Боже.
Я чувствую зуд во всем теле. Я делаю шаг назад, оглядываясь на кого-то, кто бы помог мне выбраться из этой ситуации.
— У меня сейчас очень тяжелое время, Брайан. Мне нужно найти Эми и…
— Я знаю, что у вас, ребята, есть история, но ты была несчастлива в течение долгого времени. Этот парень другой, Чарли. Ты видела, что происходит с креветками. Я удивлен…
— О чем ты говоришь?
Он выглядит огорченным, из-за того, что я прервала его.
— Я говорю о Сайласе, и…
— Нет, о креветках.
Теперь люди останавливаются, чтобы посмотреть на нас.
Чрезмерно любопытные. Множество глаз.
Глаза, глаза, глаза на мне.
Мне так неудобно. Я ненавижу это.
— О ней, — Брайан дергает головой влево на кого-то.
Это девушка, которая проходит через двери и идет мимо нас. Как только она видит меня, ее лицо становится ярко-розового цвета, как у креветки. Я узнаю в ней девушку из моего класса вчера. Она была той на полу, кто собирал книги.
Да, она очень маленькая.
Ее волосы уродливого зеленовато-коричневого цвета, как будто она пыталась сама их покрасить, и получилось ужасно неправильно. Но даже если бы она не она красилась, она выглядит…
Печально.
Зубчатая, неровная челка, жирная и блестящая. У нее несколько прыщиков по всему лбу и носу, которые созрели. Моя первая мысль — это некрасиво. Но это скорее факт, чем осуждение. Прежде, чем я успеваю моргнуть, она ускальзывает, исчезая в толпе зевак.
У меня появляется чувство, что она никуда не ушла. Она ждет прямо за их спинами, она хочет услышать. Я почувствовала что-то…, когда увидела ее лицо.
Я что-то почувствовала.
Моя голова кружится, когда Брайан тянется ко мне. Я позволяю ему поддержать меня за локоть и притянуть к своей груди.
— Я или Сайлас, — повторяет он.
Он, должно быть, тупой, ведь я же запрещала ему прикасаться ко мне!