— История повторяется, верно? — подмигнул он, откидываясь на спинку кресла.
Гермиона виновато улыбнулась.
***
— Она изучала их особенности, — рассказывала Гермиона Гарри. — Вот для чего Гвиневра завела книззлов. Я еще не добралась до полного состава зелья, но могу с уверенностью сказать, что оно используется для снятия охранных чар домов волшебников. Скорее всего, даже кровных. В одном из дневников мы нашли записи о том, что Гвиневра искала способ защиты дома, но смогла добиться прямо противоположного эффекта.
— Кажется, это проясняет то, как были осуществлены проникновения, — кивнул Гарри. — Выясни, какие еще ингредиенты у этого зелья. Попробуем отследить их на покупке.
***
— Кажется, мне нужна твоя помощь, — сказала Гермиона, принимая подставленный локоть Малфоя, который тот предложил ей, чтобы помочь выйти из камина.
— Я сделаю все, о чем ты попросишь, только не бей, — он шутливо поднял руки, сдаваясь, и Гермиона рассмеялась.
Расположившись в библиотеке, она ввела Драко в курс дела.
— Так значит, мы должны прошерстить дневники моей прабабки в поисках рецепта одного из зелий? Ты представляешь, сколько она изобрела их за свою жизнь? — засомневался он, но Гермиона была непреклонна:
— Именно поэтому мне и нужна вторая пара глаз. Я потратила месяцы, чтобы выйти на этот след, и просто так его не упущу.
***
То, что Гвиневра описывала почти все подробности своей жизни, обернулось для них головной болью. Среди всех записей было крайне сложно сразу разобрать, что именно относилось к делу, поскольку экспериментировала она не над одним проектом разом.
Работать с Малфоем оказалось неожиданно удобно. Он был методичен, умел вычленять главное и аккуратно вел заметки разборчивым почерком. Она могла цитировать ему то, что находила забавным, и они вместе смеялись над этим. Или же то, что заставляло ее задуматься — и они выдвигали идеи или предположения.
Они часто задерживались. Двух часов теперь оказалось недостаточно: увлеченные, они не замечали, как быстро летит время. Иногда они обсуждали находки за чаепитием; спорили, доказывая собственную точку зрения; выводили формулы, портя один лист за другим.
Гермиона теперь знала несколько ингредиентов, которые точно входили в состав зелья. Гвиневра использовала их, чтобы стабилизировать порошок из когтей книззлов, которые она собирала, аккуратно подстригая у животного. В своей работе она придерживалась гуманных принципов, что заставило Гермиону уважать ее еще больше.
Было уже за полночь, когда она взглянула на часы.
— Не может быть! — ахнула она. — Уже так поздно? Надо заканчивать.
— Удалось найти еще что-то? — разминая шею, спросил Драко, вполоборота повернувшись к ней на стуле и положив руку на спинку.
Он сидел рядом: последнее время они делили письменный стол, который в силу своих размеров вполне мог вместить весь их ворох бумаг. Гермиона отметила, как смялась его рубашка вокруг локтей, и еще почему-то — то, как ладно она на нем сидела. Ей пришлось кашлянуть, чтобы прочистить внезапно забившееся горло.
— Не совсем, — покачала она головой.
В его глазах полыхали отблески свечей. Он смотрел на нее открыто, ровно, не отводя взгляд. Гермиона видела, как его грудь медленно вздымается и опадает с каждым вздохом.
Он был очень близко. На расстоянии вытянутой руки.
— Я передам то, что мы нашли, Гарри, — сказала она и облизнула губы. Его голова чуть склонилась.
— Да, отлично, — ответил Драко. — Настоящий прорыв.
Никто из них не двинулся с места.
Гермиона знала, что она должна идти. Встать и направиться к выходу, как делала это уже много раз. Драко встал бы сразу после нее и проводил бы ее до камина. Как это обычно и происходило. Он бы вежливо подал ей руку, помогая переступить через решетку. Она бы подняла ладонь в прощальном жесте. И на следующий день все бы повторилось.
Никто из них не двинулся с места.
— Мне… Мне уже пора, — отчего-то ее дыхание стало глубже и тяжелее.
— Конечно, — кивнул Малфой.
— Я пойду, — утвердительно произнесла она.
— Я провожу.
Наконец она собралась с мыслями и поднялась со стула. Малфой сделал это вместе с ней — в ее же сторону, так что теперь они чуть не столкнулись друг с другом, вскочив со своих мест.
— Прости, — выдохнула она, выставив перед собой руки.
— Извини, — одновременно с ней воскликнул Малфой, повторив ее жест. Он слегка придержал ее предплечья, чтобы помочь сохранить равновесие.
Этот неожиданный физический контакт вызвал неловкость у них обоих, заставив Гермиону покраснеть и закусить губу. Она быстро отшагнула в сторону. Малфой топтался на месте, запустив руку в волосы. Захватив записи, Гермиона зашагала к выходу, и Драко последовал за ней. Он молча держался в нескольких шагах за ее спиной, пока они шли по коридорам, и помог войти в камин.
— Ну, до завтра, — смущенно попрощалась Гермиона.
Кажется, Малфой хотел сказать что-то, но передумал и просто кивнул.
***
Гарри сиял.
— Мы взяли нескольких человек, Гермиона! — возбужденно говорил он. — Все благодаря твоей информации. Те несколько ингредиентов помогли нам выйти на след покупателей. Их еще не удалось расколоть, но мы на правильном пути.
— Это такое облегчение! — выдохнула Гермиона.
— Если ты найдешь тот рецепт, это пойдет на пользу делу. Но я не могу настаивать, чтобы ты проводила время с Малфоем, если это тебе в тягость. У нас и так достаточно улик, чтобы…
— Мне вовсе это не в тягость! — быстро выпалила она и покраснела.
Гарри смерил ее внимательным взглядом.
— Значит, не в тягость, — протянул он. — Ну, как скажешь.
— Ничего такого! — возмущенно запротестовала Гермиона.
Гарри заговорщицки кивнул, и она только закатила глаза.
***
Такого больше не повторялось.
Она поделилась с Малфоем радостной новостью, которую он воспринял не настолько воодушевленно, как она рассчитывала.
Гермиона замечала, что он начал часто отвлекаться и стал более напряженным, как будто его больше не интересовало исследование.
Она не понимала, в чем было дело.
***
Вокруг ее ног вился Живоглот, мяуканьем выпрашивая угощение.
— Нет, дружок, на сегодня тебе хватит, — назидательным тоном обратилась к нему Гермиона.
Живоглот смотрел на нее умными и печальными глазами.
До встречи с Малфоем оставалось совсем недолго. Гермиона поправила волосы и в очередной раз взглянула в зеркало, отмечая, как сверкали ее глаза. Как бы она ни отказывалась признавать, эти встречи, ставшие уже привычными, она ждала с нетерпением. Взяв Живоглота на руки, она прижалась носом к его загривку и почесала за ухом, как тот любил.
Она гадала, с чем связана эта резкая перемена настроения Драко.
Ее размышления прервал стук в окно. Гермиона, открыв его, впустила сову. Та выронила письмо на столешницу и с уханьем улетела прочь, даже не взяв угощения. Продолжая держать Живоглота на руках, Гермиона приблизилась к столу. Присев на стул, она опустила кота на колени, и тот ткнулся мордой в письмо, подозрительно зашипев.