И я вовсе не была рада Лехиному пробуждению.
- Не, ну, Логвиновы! Так неинтересно! Че вы тут вдвоем сидите? Я надеялся получить утреннюю порцию порно-видео с участием кого-то из вас и вашей, так сказать, второй половинки, но не-е-т! Они весь кайф испоганили! Что там, за бортом? Неужто зомби-апокалипсис, и остались в живых только мы втроем? Вы бы тогда хоть Ольку для меня спасли! Я бы для нее вакцину придумывал... Ну, если бы ее укусили, - мечтательно рассуждал он, протирая глаза и отыскивая в бардачке спрятанные туда ночью очки.
- Языком вакцину не придумаешь, тут мозг работать должен, - сказал Андрей, поднимая голову с моих колен и внимательно всматриваясь в мое лицо. А я старалась сделать вид, что для меня ничего не изменилось, что вот эта ночь, когда я могла просто касаться его, гладить по голове, была очередной и обычной, что я смогу это забыть и не буду сравнивать прикосновения к нему и к кому-то другому, кто будет когда-нибудь в моей жизни.
- А я мозгом придумаю! - засмеялся Лёха, редко страдавший от плохого настроения, даже по утрам. - Смотрели кино "Пока ты спал"? В меня тут никто не влюбился, пока я руль обнимал?
- Не заметили, - сказала я насмешливо. - Разве что бабка такая странная, с бородавкой на носу и перевязанным, как у Кутузова, глазом, которая крутилась возле машины, когда мы сюда пришли...
- Какая бабка? - испугался Алексей, приняв мою выдумку за чистую монету.
- Которая кольцо закапывала возле сарая. Только не говори, что ты не в курсе. Заранее договорился с ней о свидании наверное? Или... Или это все-таки твой дядя был? Как думаешь, Андрей?
Я встретилась с его взглядом - он улыбался. Но при этом глаза брата, самые красивые на свете, были грустные-грустные, и смотрели с какой-то необъяснимой тоской.
- Андрей, о чем она? - Лёха повернулся к другу.
- Сейчас все выясним. Бери лопату и во-он туда за сарай тащи - будешь свой клад откапывать...
7 глава. По следам
Сначала копал Лёха. Потом - Андрей. Потом, когда они оба устали, а вдоль всей боковой части сарая прокопано было примерно на метр в ширину и на штык лопаты вглубь, копала я, с трудом управляя чьим-то огромными кроссовками - и кто такие лапти носит?
Как всегда бывает днем, страх пропал, и даже смешным казалось все то, что ночью вызывало ужас - скрипы, человек, копошащийся в темноте вот примерно на этом месте. Мальчики уперлись спинами в смешной забор, состоящий из редких досок - весь просвечивающийся и до ужаса хлипкий. Оперевшись на лопату, я скользнула взглядом по этим жердинам - все разной ширины и даже длины - кто же тот "мастер", который сумел соорудить такую "красоту"?... И вдруг на самой высокой из досок, неровно обломанной на верхушке, увидела бумажку, грубо насаженную сверху, прорванную в центре, но явно имеющую какой-то текст.
Ну не было ее вчера! Иначе я бы обратила внимание! Или нет? Андрей с Лёшей вяло переговаривались. Эти растяпы послание даже не заметили... Да и что они замечают вообще? Вот один из них целую МЕНЯ не замечает! Словно и нет такого человека... Словно нельзя взять и полюбить такую хорошую девочку... Я смотрела на него, не понимая, чего сейчас хочу больше - ударить за то, что я ему не нужна или поцеловать так, чтобы стала необходима!
- Полин, ты чего? - Андрей испуганно оттолкнулся от забора и шагнул в мою сторону, потом проследил за моим, все еще не желающим фокусироваться, взглядом и увидел, наконец, бумажку! Аллилуйя! - А это что такое?
Вот интересно, если это ночной гость листок на жердину насадил, то как он допрыгнул туда? Высоко все-таки - Андрей с земли не достанет.
Но он легко придумал способ добраться до послания - указал Лехе на бумажку, присел и поднял друга за ноги, ухватив под коленями. И Леха, нелепо взмахнув от неожиданности руками, рывком снял лист. Заплетаясь ногами в кроссах "с чужого плеча", я рванула к ним, чтобы своими глазами увидеть, что именно там написано. Выхватила из рук Ушакова и вслух прочла:
"Проклятое кольцо. Нет покоя владеющему тобой. Нет счастья. Нет света. Ночь и боль. Боль и ночь. Тоска беспроглядная. Ты дало мне богатство. Ты дало мне желаемое. Ты дало мне семью. Ты способно исполнить любое желание. Но плата слишком высока..."