Парни, естественно, попались на удочку, завязалась игривая беседа, а когда сработали замки и начали открываться створки люка в сухом днище под миниподлодкой, Вика легко справилась с отвлекшимися охранниками, сбросив одного за другим в бурлящую воду. Назад они уже не всплыли.
Бойцы Гордеева выбрались на бортик бассейна с закрепленной в нем минисубмариной, освободились от аквалангов и гидрокостюмов.
Вика молча подняла вверх кулак и показала пальцем, куда надо идти. Отряд бесшумно направился к лестнице на вторую палубу.
К этому моменту Алина и Эбрэхем Найт разобрались с компьютером яхты окончательно и могли теперь управлять системами теленаблюдения и тревожного режима. В результате Гордеев с бойцами беспрепятственно добрались до рубки и присоединились к триэновцам.
Общее совещание длилось две минуты.
Алина подала сигнал к началу финальной стадии операции. Группа двинулась вперед, приготовив оружие. В рубке осталась Вика, контролирующая через телекамеры все движение в коридорах и отсеках яхты.
Соломин обратил внимание Гордеева на то, как были вооружены Алина и Эбрэхем Найт: «Посмотри, командир, ты когда-нибудь видел такие „пушки“?» — но Гордеев молча ткнул его в плечо, давая понять, что это не его дело.
Апартаменты владельца яхты располагались на второй палубе, за гостиной, имея три выхода, причем один из них вел на третий уровень судна, а оттуда к минисубмарине. Этот выход пришлось перекрыть в первую очередь, чтобы господин Сурко не смог ускользнуть с помощью подлодки.
— Открывайте огонь на поражение, — сказала Алина Корню, которого решили оставить здесь. — Как только заметите какое-нибудь движение. Сурко — не человек, и его динамика намного выше вашей.
— Хорошо, — пожал плечами Ковеня.
Разделились на две небольшие группы: Алина и Эбрэхем Найт направились ко второму выходу из каюты Сурко, Гордеев с Лосем и Соломиным — к гостиной.
Однако гостиная охранялась, у ее двери топтался сурового вида толстяк в синей форме, с автоматом через плечо, поэтому пришлось прибегнуть к отвлекающему маневру.
Передали о препятствии Алине, она вернулась, разделась и вышла вперед в одном купальнике. Пока обалдевший охранник хлопал глазами, его тихо сняли из бесшумного «Бизона».
Алина оделась, тонкой усмешкой ответив на взгляд Гордеева, и группа направилась дальше, не производя никакого шума. Вике в рубке даже показалось, что по кораблю движутся призраки, а не люди, о чем она, естественно, никому не сказала.
Сняли еще двух охранников в самой гостиной — уже без помощи Алины. Затем Вика на несколько мгновений отключила систему защиты апартаментов, чтобы отдыхавший в них Сурко не смог случайно увидеть десант: у него был свой монитор телесети, а также комплекс спутниковой связи, — и группа с помощью тихого направленного взрыва разнесла дверь в его каюту.
X
Нельзя сказать, что их ждала засада. Все-таки действовали десантники профессионально и шума создавали не больше, чем мыши в норке. И все же первых бойцов группы, Солому и Лося, ворвавшихся в апартаменты Сурко, встретил кинжальный огонь из двух автоматов с насадками бесшумного боя.
Гордеев почуял неладное за мгновение до того, как нырнуть в дымящийся проем двери.
— Ложись! — рявкнул он, бросаясь на пол и отвечая длинной очередью из такого же бесшумного «Бизона».
Однако было уже поздно.
Соломин получил пять пуль в грудь, и, хотя нитридный бронежилет выдержал, удары пуль, выпущенных с расстояния всего в пять метров, отбросили его назад и сработали как оглушающие удары молотом.
Лось тоже владел чувством «тра смерти», вложенным в его психику на уровне инстинкта, поэтому он упал на пол практически вместе с Гордеевым. Но пули все же пропахали ему спину, одна отрикошетила, порвав ухо, и бывший капитан ФСБ Юкава выбыл на какое-то время из боя.
Тем не менее очередь Гордеева достала одного из охранников, заставила второго искать укрытие за экзотической формы диваном, и Гордеев успел прокатиться мячиком по полу большой, роскошно обставленной каюты с огромными квадратными окнами и замереть по другую сторону дивана.
Время как бы замедлилось, сгустилось, превращаясь в призрачную субстанцию, живущую отдельно от происходящего.
Стук сердца показался Гордееву громом в наступившей пугливой тишине.
Он заметил мелькнувшую под диваном тень, перекатился влево, выстрелил.