Выхожу из душа, натягиваю спортивные штаны и ложусь спать. Но перед этим проверяю свой телефон. Ответа нет. Разочарованно вздыхая, думаю о Николь и благодаря этим мыслям засыпаю.
Мне снится прекрасный сон, где Николь наконец-то стала моей женой, мы вместе купаемся на море и отдыхаем. Проснувшись утром, понимаю, что у меня опять стоит. Вздыхаю и начинаю думать о предательстве Джесс и меня отпускает. Одевшись и спустившись на первый этаж, замечаю Джесс, лежащей на диване. На журнальном столике какой-то хаос, все разбросано, раскидано, грязная посуда, а на полу крошки.
— Джесс, нам надо поговорить.
Она меня игнорирует, листая "тупой глянец".
— Ты меня слышишь? Нам надо поговорить. — отбираю у неё журнал, тем самым привлекая внимание.
— О чём? Мне кажется, тебе с начала стоит извиниться за вчерашнее. Ты был грубым и я зла на тебя.
— Я знаю о твоих интрижках и о Майкле Фергюсоне.
В этот момент её лицо меняет спектр эмоций со скоростью света. От ненависти и злости до расстерянности и грусти.
— Откуда ты знаешь? — она даже не отрицает свою невиновность.
— Я нанял детектива, который мне всё рассказал. А также то, что ребёнок не мой...
— Он твой, Кайден! Ребёнок от тебя! — продолжает утверждать Джесс.
— Нет, не мой, Джесс. И в глубине души ты это знаешь, но отрицаешь.
Я сажусь напротив неё в кресло и кладу на столик фотографии, анализы, снимки УЗИ и отчёты. Она подскакивает с места и хватает документы, жадно рассматривая каждую деталь.
— Я сейчас поеду в офис на работу. Пока меня не будет, собери свои вещи и поезжай к родителям. Так будет лучше. Врачи оплачены на время всей беременности. Если понадобится ещё какая-то помощь с врачами, напиши или позвони. Я помогу, но отцом чужому ребёнку я не буду. Расскажи Майклу правду, так будет лучше.
Она молчит. Встаю и иду на выход, не доходя до двери, слышу её голос.
— Прости меня, Кайден. Это всё отец... он просил на тебя надавить... нам нужны деньги...что же мне делать?! — и она начинает плакать.
— Мой тебе совет, позвони Майклу. Если он любит тебя, то приедет и заберёт.
Она всхлипывает, но кивает головой. Я еду на работу. М-да, Кай, тяжёлое выдалось утро. Приехав в офис, иду в свой кабинет.
— Доброе утро, мистер Хэрроу!
— Доброе, Симона!
— Вас ждёт в кабинете миссис Гроу.
Я останавливаюсь, а Симона врезается мне взади в спину.
— В 10 часов встреча с инвесторами, в 12 часов обед с акционерами компании...
— Отмени всё!
— Как отменить? — оторопело спрашивает Симона. — Но встречи, сэр, они очень важны...
— Нет, не очень важны. Перенеси на завтра, скажи, что я заболел, меня нет. Я всё сказал, Симона. Выполняй!
Симона подскочила на месте и убежала, уже кому-то звоня. Я направился быстрым шагом в свой кабинет. Открыв дверь, я увидел Её. Она сидела на стуле, грациозно перекинув ногу на ногу. Спина прямая, осанка ровная. Волосы убраны в высокий хвост. На ней были черная кожаная расклешённая юбка и светло-синий свитер в обтяжку, который очень сильно подчеркивал изгибы и линии её роскошной груди. На ногах у неё были туфли на высокой шпильке.
— Миссис Гроу, доброе утро! — поздоровался я с ней.
Она обернулась и посмотрела на меня и тут я увидел то, чего не мог увидеть со спины. Её взгляд, он не был обычным. В нём выражалась обида, грусть и печаль, а взгляд был потухшим.
— Здравствуйте, мистер Хэрроу!
— Что привело Вас ко мне?
— Серьезно?! Ты вчера ночью прислал мне сообщение и вот я здесь. Говори.
Подхожу к ней ближе, она незаметно, но все же дёргается от меня. Это больно. Я присаживаюсь на корточки возле неё и встаю на колени. Она охает и шепчет, придя в замешательство: