Зазвонил телефон. Пора было выходить.
Бак был потрясен тем, что увидел в церкви. Он едва смог найти убежище, умело замаскированное Брюсом.
Оказавшись в здании, Бак стал спускаться вниз по лестнице, прошел через зал собраний, затем вниз по узкому коридору, через душевые и котельную. Оказавшись в конце темного прохода, он подумал, что здесь, наверное, темно даже днем. Где же вход? Он ощупал стену. Ничего. Вернувшись в котельную, включил свет. Под потолком загорелась лампочка, при свете которой Бак нашел отметку на одной из цементных плит, из которых была сложена стена. Упершись в пол, он начал изо всех сил толкать, невзирая на боль в поврежденной лодыжке. Один из блоков слегка сдвинулся с места. Войдя вовнутрь, Бак тщательно закрыл за собой вход в убежище. Прямо перед собой в свете фонаря он увидел табличку и ступени, ведущие вниз. Надпись на табличке гласила: «Осторожно! Высокое напряжение! Только для обслуживающего персонала».
Бак улыбнулся. Надпись была угрожающей, но он знал, в чем тут дело. Спустившись по лестнице, ведущей налево вниз, он оказался перед большой металлической дверью. На двери висела еще одна табличка с такой предостерегающей надписью. В день венчания Брюс показал Баку и Хлое, как открывать эту дверь, казавшуюся запертой. Он нажал на ручку, вдавив ее в дверь примерно на полсантиметра, а затем потянул к себе так, что она вытащилась сантиметра на полтора. При этом ручка не поворачивалась ни вправо, ни влево. Затем он начал медленно давить на нее, немного поворачивая то вправо, то влево по секретной схеме, разработанной Брюсом. Дверь распахнулась, и Бак оказался в небольшом, способном вместить не более одного взрослого человека, помещении. В нем было столько электрооборудования, сколько не требовалось даже для такой большой церкви, как эта. И хотя тут все переключатели были настоящими, на самом деле они ни с чем не соединялись, а корпус электрошкафа представлял собой еще одну дверь, которая легко открывалась и вела в тайное убежище. В убежище с тех пор, как Бак несколько месяцев назад был здесь последний раз, Брюс проделал огромную работу.
Бака удивляло, когда Брюс находил свободное время чтобы все это сделать. Об этом никто, даже Лорет не знал, и Бак порадовался тому, какие у Брюса золотые руки. В помещении был установлен кондиционер, поэтому оно хорошо проветривалось. Брюс обшил стены, потолок и пол, предусмотрел яркое освещение. Здесь было все необходимое для нормальной жизни. Он разделил помещение размером примерно семь с половиной на семь с половиной метра на три комнаты. Таким образом, получилась ванная комната с душем, спальня, в которой стояли четыре двухъярусные кровати, и еще одна комната, размером побольше, чем две предыдущие, в одной половине которой размещалась небольшая кухонька, а в другой — импровизированная гостиная, служившая в то же время и кабинетом. Бак не страдал клаустрофобией, но понимал, что если здесь будут жить одновременно больше двух человек, сознавая, как глубоко под землей они находят, то очень скоро убежище начнет казаться слишком тесным.
Брюс не поскупился на расходы по оборудованию убежища: холодильник, морозильная камера, микроволновка, кухонная плита и духовка — все вещи были абсолютно новыми. Кроме того, казалось, что каждый свободный сантиметр помещения превращен в склад. «Ну, а теперь, — подумал Бак, — посмотрим, как Брюс оборудовал связь с внешним миром».
На четвереньках Бак обследовал плинтус и заглянул за диван, где обнаружил большое количество телефонных розеток. Он проследил расположение телефонного кабеля и попытался представить, где именно он идет в коридоре. Выключив свет, он закрыл дверь, замаскированную под приборный щит, затем большую железную дверь, взбежал по ступенькам и закрыл плитой вход в подземелье.
В темной части коридора он зажег фонарь и увидел, что пучок кабелей идет от пола через потолок дальше вверх. Он вернулся в помещение зала собраний и выглянул в окно. При свете фонарей от расположенной рядом парковки он разглядел, что кабели выходят на уровнь потолка, а дальше тянутся к колокольне.