Николай I
Составление, подготовка текста и примечания В. Лапина, Я. Гордина
Серия «Государственные деятели России глазами современников»
ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ДЕЯТЕЛИ РОССИИ ГЛАЗАМИ СОВРЕМЕННИКОВ ВОСПОМИНАНИЯ, ДНЕВНИКИ, ПИСЬМА
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
В. В. ЛАПИН,
С. В. МИРОНЕНКО,
А. Н. ЦАМУТАЛИ,
В. Ю. ЧЕРНЯЕВ
Вступительная статья В. Лапина
© Гордин Я. А., составление, примечания, 2025
© Лапин В. В., составление, вступительная статья, примечания, 2025
© Обласов В. Ю., оформление серии, 2025
© Издание. «Издательство «Омега-Л», 2025
Неудачная погоня
В. В. Лапин
Царствование Николая I, занимающее в российской истории без малого три десятилетия (декабрь 1825 – март 1855), долгое время в историографии и общественном сознании было представлено в предельно контрастных черно-белых тонах. При создании образа самого императора, формировании памяти о нем развернулись острейшие дискуссии монархистов (сторонников особого цивилизационного пути России) с теми, кто ратовал за преобразования страны в соответствии с основными тенденциями в политическом, социальном и экономическом развитии Европы. Для условных либералов правление Николая I было временем застоя, обскурантизма, исполнения роли международного жандарма, удушения свободы. Столь же условные консерваторы полагали: этот император вел страну правильным курсом, и только непреодолимые обстоятельства в конце царствования не позволили ему сохранить имидж триумфатора.
В этом долгом споре важную роль играет сравнение Николая I с Петром I.
Россия Петра Великого в научных текстах и обыденном историческом сознании – слава Полтавы и Гангута, мощь и задор молодой великой державы, корабль, несущийся вперед на всех парусах. При этом в литературе всех жанров малозаметны слова о том, что для утверждения на престоле царь не боялся проливать кровь своих подданных (вспомним жестокое подавление восстания стрельцов). Жестокость, если не свирепость, с которой выдиралось все старое и внедрялось все новое, апологеты Петра Великого оправдывают великими целями и великими результатами. Дыба и кнут как инструменты управления, насилие как принцип реформирования оказались освященными именем великого царя.
Николай I поначалу также выглядел триумфатором. Он выиграл войну с Персией 1826–1828 гг. и войну с Турцией 1828–1829 гг., что позволило присоединить к России большие территории в Закавказье. На его время пришлись самые тяжелые годы покорения кавказских горцев. Хотя их организованное сопротивление закончилось уже при Александре II, к началу 1855 г. такой результат уже был предопределен. Тысячи верст дорог и просек, десятки укреплений, формирование Отдельного кавказского корпуса, приспособленного к местным условиям военных действий – все это стало важнейшими шагами для установления контроля над Адыгеей, Осетией, Чечней и Дагестаном. В 1831 г. было подавлено восстание в Польше, в 1849 г. – в Венгрии. В 1833 г. русский десант спас Константинополь от войск мятежного египетского паши. В 1850 г. дипломатический демарш Петербурга оказал решающее влияние на исход конфликта между Пруссией и Австрией. Наконец, на медали, выбитой в память о присоединении Средней Азии, изображен среди прочих символов вензель Николая I, поскольку именно при нем русские отряды начали движение в Туркестан. Однако, несмотря на все несомненные признаки укрепления державного величия, николаевская Россия в представлении общества – это свирепая цензура, погубленные таланты, вездесущие жандармы, всеобщий страх и подозрительность, экономический и политический кризис, нарастающее отставание от Европы, следствием которого стало поражение в Крымской войне. Петр I оказался на престоле, подавив сопротивление тех, кто тянул страну в прошлое. Николай I получил корону после расстрела картечью тех, кто звал Россию в новое будущее. Получил в руки страну на вершине могущества и славы – и довел ее до критической черты…
Справедливости ради следует сказать, что этому императору, приложившему столько усилий для повышения военного потенциала России, не повезло в том, что на его царствование пришлась первая волна гонки вооружений. Боевая техника конца XVII – середины XIX в., при всем ее непрерывном совершенствовании, не знала революционных изменений. Фрегат петровской эпохи имел неплохие шансы на победу при встрече с кораблем того же ранга, но построенного полтора столетия спустя. При Полтаве в 1709 г. и при Альме в 1854-м в руках русских солдат были фактически одинаковые ружья. Появление паровых судов, приводимых в движение винтом, выбросило парусники из разряда морских вооружений, а винтовки, более точные и дальнобойные, обеспечили победу в бою с полками, имевшими гладкоствольные мушкеты. До начала этого соревнования в создании все новых и новых видов нападения и защиты, главным показателем военной мощи была численность вооруженных сил, и Россия с ее колоссальными людскими ресурсами находилась в очень выгодном положении. А вот к ответу на новый технологический вызов она оказалась не готовой.