В желудке у оборотня громко квакнуло, и пасть наполнилась вязкой слюной. Третьи сутки без нормальной еды - жирный барсук, восемь упитанных зайцев и уведенная у барыгов кобыла не считается. Это все всухомятку, на бегу, между делом. А человеческая половина организма требовала большего. А какой запах из корзинки… Ах, какой запах! Неужели эта кошелка собирается подкармливать толстобрюхого кочевника пирожками с мясом? И с капустой? И с грибами? И с вишней? Да за такое глумление над пищей - на костер, и то мало.
Август подобрался и затаил дыхание, готовясь к прыжку. Вот она, вожделенная корзина! Хрен тебе, а не пироги, красная шапочка. Прыгнуть не успел - толстяк тоже услышал шаги и выглянул из-за дерева. Странно, а морда вполне нормальная, если не принимать во внимание отвисшие щеки. Во всяком случае глаза не узкие, вообще круглые, как монетки. Да, действительно странный степняк.
- Гой еси, красавица! - вдруг по-росски выдал приветствие барыг.
Красавица раздраженно бросила корзинку на землю, и румяные пахучие пирожки, завернутые для сохранения тепла в расшитое полотенце, от удара вылетели и укатились в заросли папоротника. Более чуткий, чем у человека слух, смог бы различить среди пения птиц жадное чавканье проголодавшего оборотня.
- Да пошел бы ты в задницу, Чечевикович! Что у тебя за важное дело, неужели принес долг моему отцу?
- Я сейчас не при деньгах, но…
- Оно и видно.
- Это временно, поверь. Мне пришлось бежать из Славеля быстро, спасаясь от ищеек самозванца, и я…
И ты унес только свою глупую голову.
- Не только…
- Ладно. А теперь говори - для чего я тащилась в несусветную даль, пряталась от твоих новых хозяев и нюхала их вонючий дым?
- Они завоевали половину мира! - похвалился беглый славельский боярин.
- А чего им на месте не сидится? Шило в одном месте?
Вечкан Чечевикович не стал развивать дискуссию, только еще раз внимательно посмотрел по сторонам. Волк, поспешно заканчивающий трапезу, насторожил уши.
Как удачно начинается карьера на новой должности! Ведь только три дня назад оборотень возглавил только что созданную службу разведки и контрразведки, а уже натолкнулся на весьма перспективное дело. Правда, раскручивать его придется в гордом одиночестве, так как сотрудников в новой Конторе катастрофически не хватает. Их всего два - сам Август фон Эшевальд начальником, а первым и единственным заместителем - черт Глушата Преугрюмович.
Одному так одному… Оборотень вытер крошки с морды полотенцем и подполз поближе. Уф-ф-ф, кажется, ничего не пропустил.
- Как удалось выбраться из города? - спросил толстяк.
Красавица зло рассмеялась:
- Ну уж не твоими молитвами, Вечкан. И не на твоем почтовом голубе верхом. Я сказала стражам на воротах, что иду навестить свою больную бабушку, живущую на болоте с другой стороны леса.
- И они поверили?
- Конечно. Более того - даже объяснили, как лучше пройти мимо ваших дозоров.
- Откуда они знают?
- Не спрашивала. И вообще с ними долго не разговаривала, боялась заразиться простудной хворью. Там один стражник все кашлял и лицо платком закрывал. Но не в этом дело… Чего звал?
- Каган степняков предлагает неплохую сделку.
- Ах, он уже и каган? Давно ли?
- Разве это важно? Он велик - этого ли не достаточно?
- Зная тебя - нет. Когда вернешь долг моему отцу?
- Ну вот, опять ты за свое, - погрустнел Вечкан. - Деньги будут. Сегодня я простой воин, завтра десятник, а послезавтра… а послезавтра, может быть, поведу тумен, а то и два, на штурм богатого Кьявска. Чуешь перспективу? И это все будет, и горы золота будут, и власть… Если только выгорит одно маленькое дельце.
- Маленькое?
- Именно так, сущая мелочь!
- И что мы с этого будем иметь?
Глаза у беглого боярина заблестели:
- У твоего отца будет право беспошлинной торговли по всей Орде, от моря Студеного и до моря Желтого, что на самом краю земли. Он будет первым скупать богатую добычу у воинов, дошедших до последнего моря. Вы озолотитесь! И это все за единственную услугу, - тут Вечкан Чечевикович замолчал и медленно потянул из-за пояса кривую саблю. - Нас кто-то подслушивает.
- Где?
- Вон там, в кустах. Только не спугни.
Девушка искоса глянула в указанную сторону - из зарослей торчал блестящий свиной пятачок.
- Чего страх наводишь? Обычный маленький кабанчик, - в подтверждение тут же послышалось задорное похрюкивание. - Убери саблю, не раздражай животину, а то бросится.
- А почему у него клыки на макушке? Я что, кабанов ни разу не видел? У них клыки в пасти должны быть, а тут как у диавола.
- Кумыс в башку ударил?
- Да не пил я его!
- Не ври! Почему тогда везде черти мерещатся? А ну дыхни!
Глушата быстро сообразил, что явка провалена и на карачках попятился назад, стараясь не шуметь. Внезапно его задница уперлась во что-то, а еще чуть погодя черт подскочил, едва сдерживая вопль.
- Ты что творишь, паразит блохастый? - прошипел рогоносец и вывернул голову назад в попытке разглядеть укушенное место. - Ты за что меня укусил?
- За афедрон, объяснил оборотень отплевываясь. - Извини, на инстинктах получилось. Чего тут делаешь?
- В засаде сижу.
- Нет, это я в засаде. Сижу себе спокойненько, за злоумышленниками наблюдаю, и вот на тебе… Прямо в нос корма чертячья тычется! Да я, может, из-за этого на целый год нюх потеряю. Кто будет производственную травму оплачивать?
Глушата не стал поддерживать щекотливую финансовую тему и перевел разговор:
- Видишь ту красавицу?
- Конечно вижу, - хмыкнул волк. - Она там одна. Или этого огузка тоже в красавцах числишь? Или виды имеешь? Учти, нетрадиционная ориентация у нас быстро излечивается - осиновым колом.
- В сердце?
- Зачем, они же не кровососы какие… По протоптанной дорожке.
- Не-е-е, я не из таких, я только из гастрономического интереса. Посмотри, какой толстый. И вкусный, наверное. Да, - спохватился черт, - о чем это мы? Точно, о красавице. Она мне еще у самых ворот подозрительной показалась. Вот скажи - какая дура попрется через лес к бабушке по доброй воле? Вот ты бы пошел?
- У меня нет бабушки!
- Вот! А к моей только посылают, сами никто…
- Тихо! - оборотень выглянул и с досадой стукнул лапой о землю. - По-моему они уже разбегаются. Чертяка поганый, из-за тебя самое интересное пропустили.
- Брать нужно обоих, - посоветовал Глушата.
- Учить меня будешь, - проворчал фон Эшевальд. - Арестами заканчивать дело нужно, а не начинать. Давай, дуй за Вечканом, только без фокусов, а я за нашей красоткой прослежу. Встречаемся вечером в корчме "Три поросенка".
- А почему… а почему… - задохнулся от возмущения черт. А почему это ты пойдешь за девушкой?
- Я начальник, - пояснил оборотень. - Поэтому все пряники должны быть поделены не поровну, а честно. Понял?
Рогоносец печально повесил пятачок, придумывая достойные возражения. Он всегда их находил, только природная сообразительность и обостренное чувство самосохранения не позволяли озвучить это вслух. А вот еще одна появилась - сказать?
- Слушай, Август, а чего нам в душной корчме весь вечер сидеть, чужие портянки нюхать? Давай лучше шашлычки на свежем воздухе организуем, а?
- Из Вечкана Чечевиковича? - догадался оборотень.
- Ага! Под водочку.
- Заманчиво, но нельзя.
- Это почему?
- Я же крещеный.
- И я.
- Да ты чо?
- Три дня уже как. Иначе на должность не утверждали - пятый пункт, говорят, подкачал.
Минут через двадцать Август крадучись, мелкими перебежками и заметая следы хвостом, сопровождал красавицу-шпионку. Хотя мог бы и не прятаться - девушка шла ровно, не оглядывалась, лишь время от времени запрокидывала голову, пытаясь разглядеть звонких жаворонков в выцветшем от полуденной жары небе.
Жара. Даже - жарища! И кто ее придумал? Поймать бы мерзавца, да на несколько часов выставить на солнцепек с непокрытой головой. Август как можно шире распахнул пасть и высунул язык в тщетной попытке хоть немного остудиться. Да где там, это у обычных волков летом шерсть короткая и тонкая, с линялыми проплешинами, а тут… Вот она, расплата за красоту. И какой черт дернул оставить узел с одеждой в Алатыре? Нет, понятно какой, но зачем послушался совета?