Еще зала большая. Камин в величину быка. Колонны резные из дуба.
Здесь собирались. Решались судить…
Высокая башня. Узкие окна. Узкая дверка. Своды.
Здесь смотрели врага…
Молельня. Темный резной хор. Покорные звери на ручках кресел.
Здесь молились перед допросом…
Исповедальня. Черный дуб. Красная с золотом тафтяная завеса.
Через нее о грехе говорили.
Малая комната. Две ступени к окну. Окно на озеро. Темный дорожный ларец. Ларец графини.
Долго стоят по вершинам пустые, серые замки.
И время хранит их смысл.
Что оставит время от наших дней? Проникнуть не можем.
Не знаем.
Если бы знали, может быть, убоялись».
На озере Люто вскрывал археолог Рерих «длинную могилу» и услышал свойственное всей северо-западной Руси предание о том, что жили здесь когда-то великаны, перебрасывали топор через озеро, шагали через воды друг к другу в гости. Предание о Люте-Великане перелагает поэт Рерих:
Лют пошел в гости к братьям и увяз, утонул, и ушли великаны из озерных краев — только птица нырь летает над плёсами, над длинными могилами великанов и передразнивает крик погибающего Люта: «Тону-у! Тону-у!»
Брюсов писал стилизованные заклятия древних Щуру-Чуру, подражая бормотаниям у костра и ритму пляски.
Рерих-художник пишет серые камни-оборотни, затаившиеся в лесу, таинственные камни, охраняемые ангелами, отливающие каким-то скрытым синим пламенем. Литератор Рерих пишет заклятия Агламиду — повелителю змия, Артану и Ариону, священному огню.
Звучат заклятия в петербургских гостиных. Продаются заклятия в книжных лавках, в первом томе Собрания сочинений академика Рериха, статского советника Рериха. Награжденного орденами, дипломами, медалями, памятными значками благотворительных обществ. Ведущего в Школе поощрения художеств класс композиции. Спокойного, доброжелательного, ровного со всеми в обращении директора Школы. Председателя нового «Мира искусства». Археолога и путешественника. Литератора, написавшего десятки произведений. Художника, написавшего сотни картин. Картин-заклинаний, картин-аллегорий. С шалашами первых людей и городами их потомков. С серыми замками печали, витязями, вестниками, старыми королями и молодыми королевнами. Картины светятся фиолетовым, синим светом, пылают оранжевым пламенем, уводят в изумрудные холмы. Картины славят могущество и красоту человека. Славят жизнь, отрешенную от современности, как облака, плывущие над землей. Но в природе облака — порождение земли, неразрывно с нею связанные. Истинный художник не может отгородиться, замкнуться от мира. Рерих — художник истинный. Поэтому его очарованная страна отражает мечтания, поиски, тревогу человека двадцатого века. Человеку двадцатого века нужна величественная Держава Рериха, запечатленная в его бесконечной сюите о древнем человечестве.
Глава VI
Действа
В девятнадцатом веке русская живопись объединялась с русским драматическим театром общностью сюжетов, общностью отношений к этим сюжетам: сочувствием униженным и оскорбленным, обличением сытых и богатых. Сцены помещичьего, купеческого быта были совершенно одинаковы в драме в изображении Тургенева и Островского или у Перова, Крамского, Неврева, Прянишникова, Журавлева в станковой живописи.
Эпизод спектакля Малого театра с участием Садовских мог показаться копией «Шутников» Прянишникова или «Приезда гувернантки в купеческий дом» Перова. Но никогда контора императорских театров не приглашала художников-станковистов попробовать свои силы в оформлении спектаклей: опера была царством величественных дворцовых перспектив и феерий, в драматических театрах набившие руку ремесленники писали дежурные павильоны, которые переходили из одного спектакля в другой.
Во второй половине девятнадцатого века ставились иногда исторические спектакли, к оформлению которых приглашались видные художники — декорации их были до мелочей верны архитектуре шестнадцатого или семнадцатого века (такие спектакли всегда замечал и приветствовал Стасов). Но к поэтическому спектаклю, где декорации воплощали бы образный замысел автора, русский театр подошел только в восьмидесятых годах, в так называемой Частной опере, созданной в Москве миллионером-меценатом Мамонтовым.