26-го февраля. Четверг.
Принял Саблера. В 11 прибыл Гинденбург, лично, тайно. Привёз нам в подарок нескольких революционеров, скрывающихся на территории рейха и в местах, куда он имеет доступ. Двое из них шишки весьма высокого полёта, первый Владимир Ульянов, брат одного из убийц деда, второй Александр Парвус, к нему прилагался его "план русской революции, как программа подрывной деятельности направленной на свержение царизма". Все пленники были не в лучшем состоянии, как только кайзер решил сдать революционеров за преференции от России, то из них, вместе с зубами, выбили имена многих пособников в Империи, протоколы допросов нам так же любезно предоставили. Ну, что же, революционер это опасная профессия, если синемундирники не отловят, то бывшие союзники на бочки с зельем поменяют.
27-го февраля. Пятница.
Погода потеплела. Принял Воейкова, затем Барка и Рухлова, после Маклакова, потом Танеева, Сазонова и Бюкенена. В обед пришла телеграмма: "Последние десять голубей на крыше, посев зёрен начат". Ну вот и Муромцы долетели! Все мины, которые до тонны весом, отобраны, и первая партия грузится на самолетов, атака следующим утром.
28-го февраля. Суббота.
С утра был у Ники, в 11 принесли первую телеграмму: "Во время второго захода на цель противник атаковал силами шести истребителей. Попав под перекрёстный пулемётный огонь бомбардировщиков враг потерял четыре машины, две сели, имея повреждения". Через полчаса принесли новое послание, на этот раз из Швеции, от нашего посла Неклюдова, тот пишет, что Турки просят о Почётном Мире, свободном проходе проливов для наших гражданских и военных судов даже, возможно, о строительстве одной из наших батарей на берегу Босфора! За эту щедрость просят немедленно вернуть Зонгулдак, 1000 могил русских воинов раскопать и забрать их кости с собой, отдав завоёванное русской кровью, этим "поедателям баранины".
1-го марта. Воскресенье.
Из Дарданелл приходят тревожные вести, радует лишь что за пять налётов все пригодные к транспортировке воздушными кораблями мины сброшены. На горизонте событий показался один из "уползших" зализывать раны линкоров, два броненосных крейсера и пять тральщиков, то ли англичане продать хотят туркам их, как немцы Гебен и Бреслау, а, скорее всего, уже заключён тайный союз и эти плавучие батареи призваны усилить оборону Босфора. А тральщики лимонники захватили с собой в последний момент, как только турки телеграфировали им о "русской посевной в Дарданеллах". Приказал в телеграмме организовать ночной налёт на фарватер, кидать подходящие по весу камни, в то что они по ком-то попадут я не верю, а вот тральщиков английских напугают точно!
2-го марта. Понедельник.
День простоял серый, по временам шел снег, но таяло. После чая принял Сазонова. Несколько заядлых охотников из свиты приглашают на охоту. Какая к чёрту охота во время войны! В Севастополе Широкоградов грузит на транспорты войска, то же самое делает Колчак в Зонгулдаке, оттуда к проливам уйдёт 15000 и половина пулемётов. В завтрашнем утреннем налёте на батареи Босфора будут участвовать и "сухопутные" Муромцы и гидроавиация, авиатранспорты доставят её на место вылета к часу ночи. От резидентуры из Стамбула пришла радиотелеграмма, в Дарданеллах тральщики ночью не вышли на позиции из-за нашего налёта, а утром один из тральщиков напоролся на мину и затонул, англичане опять застопорились.
3-го марта. Вторник.
Погода стояла скверная: дуло, лило и к вечеру пошел снег и снова мороз. С утра был у Ники, в 10 часов пришла первая телеграмма: "Первая волна атакующих Муромцев обрушилась на разведанные батареи азиатского берега Босфора в 8 часов. В нашем минном поле, вблизи азиатского берега ночью русские тральщики проделали безопасный фарватер. После утреннего налёта Муромцев по европейскому берегу заработала гидроавиация, а три тральщика с командами добровольцев устремились в пролив.
Следующая телеграмма пришла в полдень: "Второй налёт Муромцев обрушился на замаскированные батареи азиатского берега, несколько из них осталось в добром здравии, как были лишь недавно созданы, с помощью немецких "Друзей", и хорошо спрятаны. Тральщики погибли все, но именно они и гидропланы с радиостанциями давали точные координаты неприятеля. Другие гидросамолёты с небольшими зажигательными бомбами "подсвечивали" для второй волны Муромцев недобитые батареи. Треть батарей европейского берега Босфора, самые северные, уже молчат, в пролив вошли две субмарины.