Вокруг царила тишина, от которой звенело в ушах. Только пустой темный класс и один единственный студент, запертый в нем. Напольные мольберты были похожи на ветви причудливого леса.
Сейчас парень не выглядел таким уж самоуверенным. Он в сердцах пнул один из стульев и уселся на пол. Протяжный тяжелый выдох. Ник уткнулся лбом в согнутые колени и сдавленно выругался. Рука машинально зарылась в светлые волосы, которые и без того колючками торчали в разные стороны. Пальцы прошлись по ряду мелких колечек, украшающих ухо, и остановились на задней стороне шеи. Нужно было что-то придумать. Злость и негодование клокотали в груди.
– Хорошая заявка на победу, но последнее слово за мной, – с каким-то ядовитым наслаждением произнес Ник, и голос его прозвучал в тишине очень громко. Рождалось жгучее желание отомстить.
Он рывком поднялся на ноги, закинул на спину рюкзак, а затем также стремительно подошел к окну. Пластиковая ручка поддалась легко. В нос тут же ударил запах листвы и мокрого асфальта. Третий этаж. Взгляд скользнул по козырьку, до которого можно с легкостью добраться с подоконника. А там и до земли недалеко.
Уголок губы Ника отъехал в хитрой ухмылке.
– Что же, мой любимый преподаватель, еще посмотрим кто кого.
Парень закатил рукава толстовки до локтей и ловко запрыгнул на широкий подоконник. Ветер заиграл в растрепанных волосах. Взгляд скользнул вниз, во рту пересохло. Тонкое щекочущее чувство пробежало по позвоночнику. Если бы не крыльцо, расположившееся прямо под окном, то не стоило даже и пытаться, но, учитывая собственный немаленький рост, повредиться шанс невелик. Отступать нельзя, время не ждало.
– Внимание, – произнес Ник пересохшими губами, словно был где-то в фильме. Он часто разговаривал вслух, чтобы сгладить волнение. Когда слышишь чей-то голос, создается впечатление, что ты не один. – Просьба: особо впечатлительным отойти от экранов. Трюк выполняется профессионалом. Не повторять в домашних условиях.
Ник развернулся и плавно соскользнул вниз, цепко ухватившись пальцами за основание окна. Мышцы в руках напряглись, удерживая тяжелое тело на весу. Понадобилось несколько мгновений, чтобы заставить себя разжать пальцы. Секунда полета и ноги с размаху опустились на козырек крыльца. Ник пригнулся и затих, замечая кого-то из прохожих, а затем крадучись приблизился к краю и огляделся. Проделать все то же самое не составило особого труда. Когда он спрыгивал на землю, то неловко зацепился за острый выступ на внешней отделке крыльца. Кожу обожгло: длинная кровоточащая царапина пролегала почти от запястья до самого локтя. Ник только поджал губы, боль была несильной, но теперь на работе придется терпеть неудобства.
Парень чинно раскланялся, словно принимая невидимые овации после успешного выполнения трюка, а затем кинул беглый взгляд на распахнутое темное окно. В душе кольнуло странное беспокойство, что ночью может начаться дождь, который испортит эти глупые рисунки на стенде неподалеку, которые так защищала Колетт. Время поджимало, он и так уже опаздывал. Ник тряхнул головой, сунул руки в карманы и поспешил скрыться в темноте.
Глава 4. «…Вы тут плачете? Из-за меня?..»
– Я ужасный человек, – всхлипнула Колетт, растирая по щекам слезы.
Она уже довольно долго не могла найти себе места, меряя шагами тесную кабину лифта. Колетт так жаждала проучить заносчивого мальчишку, что заперла его в кабинете. Конечно, совесть не позволила бы ей уйти надолго, вдруг ему нужно принимать лекарства или его кинутся искать дома. Но судьба наказала ее за такую легкомысленность: лифт, на котором она спускалась, застрял. Дополнительные занятия обычно проходили после основных, поэтому в корпусе уже почти никого не оставалось, а кнопка вызова диспетчера, как назло, работала с трудом. Не сразу удалось связаться и сообщить о проблеме. И все то время, что Колетт ждала, ждал и запертый студент. Несколько часов тянулись, как вечность!
Паника горячими волнами накрывала Колетт с головой, но женщина старалась глубоко дышать. Становилось жарко. Пальцы расстегнули пару верхних пуговиц на блузке. Она бы себе не позволила такого при студентах, но сейчас до смерти хотелось глотка прохладной воды и свежего воздуха.
– Чтобы я еще хоть раз поехала на лифте, – корила себе женщина, продолжая расхаживать.
Ее светлое пальто бесформенной кучей лежало на полу. Колетт в очередной раз посмотрела на экран телефона. Почти два часа ночи! Родственники уже наверняка ищут студента с полицией! Ей придется как-то объясняться. Вероятно, это был последний ее рабочий день в качестве преподавателя.