– Какая же я глупая! – сокрушалась Колетт. – Решила потягаться со студентом. Оно мне нужно было? Наказала сама себя!
Свет моргнул и лифт внезапно дернулся, затем плавно поехал вниз.
Женщина, подхватив пальто, пулей выскочила наружу, как только двери приоткрылись. Она кинулась к лестнице и почти бегом примчалась на третий этаж. В последний раз так стремительно мчаться на каблуках приходилось много лет назад. С трудом удалось воткнуть ключ в замочную скважину. В разгоряченное лицо тут же ударил поток прохладного воздуха, створка окна качалась. Начинающийся дождь тихо барабанил по подоконнику.
– Ник? – позвала Колетт, проходя в класс.
Она не стала включать свет: с улицы его проникало достаточно. Женщина суетливо прошлась по кабинету, цокая каблуками, а затем приблизилась к окну. Она не могла заставить себя посмотреть вниз. Вдруг он там лежит? Может быть что-то ужасное случилось, пока она была в лифте? И все по ее вине!
Колетт тяжело сглотнула и, задержав дыхание, резко высунулась в окно. Громкий выдох облечения разрезал легкую музыку дождя. Она поверить не могла, что студент решился на такой опасный побег. Из вредности или была веская причина так поступить? Он мог пострадать, погибнуть, в конце концов! Колетт никогда бы не стала так глупо рисковать жизнью. Как она теперь посмотрит ему в глаза? Какой пример она подает молодому поколению?
Пальто выскользнуло из дрогнувших пальцев. Женщина без сил опустилась на ближайший стул. В ногах ощущалась слабость от пережитого стресса.
– Наверное, муж был прав. Не стоило мне соваться в университет. Сидела бы дома…
Колетт закрыла лицо руками и разрыдалась. Переживания, ютившиеся в душе все это время, вырывались в виде громких всхлипываний, плечи подрагивали. Она так увлеклась, что не услышала негромкие шаги.
– Что вы здесь делаете? – раздался до боли знакомый голос.
Колетт, не ожидавшая в такой поздний час гостей, вздрогнула и подняла голову. У распахнутой двери стоял Ник. Его волосы намокли и торчали хуже обычного, они были похожи на иголки дикобраза. Колетт невольно затаила дыхание: высокий силуэт в темной комнате выглядел внушительно и пугающе. Она ведь совершенно не знала этого парня. Что он за человек? Во время занятия на его лице Колетт уже замечала отпечаток синяка. Значит, дерется. Вдруг он агрессивный и решит отомстить за такой неприятный инцидент? Охрана могла дежурить где угодно, вряд ли кто-то услышит крик и кинется на помощь.
Колетт подскочила на ноги, пошатнулась и едва не потеряла равновесие из-за подкосившегося каблука.
– Что вы здесь делаете? – отзеркалила вопрос она, внутренне сжимаясь и пятясь к окну.
Ник сделал шаг к ней, затем еще и еще. Колетт неотрывно следила за каждым его движением. Парень подошел слишком близко и протянул руку. Женщина крепко зажмурилась, в любую секунду ожидая чего-то нехорошего. До ее носа донесся запах ментола и намокшей от дождя ткани. Рука парня скользнула над ее плечом и закрыла качающуюся створку.
– Пришел закрыть окно, – отозвался Ник, отступая. Голос его сквозил усталостью и звучал ниже обычного.
Колетт приоткрыла один глаз, затем второй. Она не сразу сообразила, как нелепо выглядит: бесстыдно распахнутый ворот легкой блузки, потекшая по щекам тушь.
– Но почему так поздно?
– Не мог уйти, пока не закончится рабочая смена. А вы тут плачете? Из-за меня?
Колетт ждала ехидства, угроз, обвинений, на крайний случай, насмешек, но ничего из этого не случилось. Лицо Ника выглядело серьезным, под глазами залегли тени.
– Я… – осеклась Колетт, спешно растирая по щекам влагу. – Я застряла в лифте, а когда вернулась… Вы правда выпрыгнули из окна?
– Правда, – отозвался Ник и продемонстрировал рану на руке.
Колетт, поддавшись порыву, ухватила его за запястье и провела кончиками пальцев по раскрасневшейся глубокой царапине. От поврежденной кожи исходил жар.