Сердце отчаянно ныло. В какое-то мгновение Колетт даже пожалела, что решила вернуться преподавать. Не встретила бы Ника – ничего бы не случилось. Но тогда не случилось бы и чуда: она бросила беглый взгляд на очередной свежий эскиз, где можно было узнать правильные черты лица парня.
Колетт вернулась в спальню на втором этаже, скинула роскошное платье и натянула серую футболку Ника, с которой успешно вывела пятно краски. Маленькая слабость, которую она себе позволила. Футболка уже не пахла ментолом, но все еще хранила воспоминания и дарила ложное ощущение близости. Колетт достала из прикроватной тумбочки чистый лист и принялась по памяти чертить образ парня на крыше. За окном барабанил дождь, который по счастливой случайности не успел обрушиться на их головы.
– Это надо прекращать, – покачала головой Колетт, разговаривая сама с собой. – Я больше не выдержу.
Телефон подал звуковой сигнал. Женщина бегло прочитала сообщение от Анны: «Ты уже дома? Если да, надеюсь, не одна!» Губы сжались от негодования. Зачем Анна провоцирует их на отношения против воли?! Колетт долго набирала сообщение, а затем все стерла. Текстом здесь не обойтись, предстоял серьезный разговор. Телефон снова прозвонил. Колетт, решив, что это снова подруга, раздраженно посмотрела в экран. Сообщение от Ника гласило, что он ждет ее внизу. Паника охватила ее, пальцы задрожали. В смятении она кинулась в одну сторону, затем, передумав, в другую. Мысли лихорадочно сталкивались друг с другом. Притвориться, что ее нет дома? Нет, в окне второго этажа виден свет. Сделать вид, что не видела сообщение? Как это гадко, но сейчас хотелось трусливо спрятаться от необходимости вновь отказываться от парня.
Телефон подал второй сигнал, но Колетт не брала его в руки. Через несколько минут послышался легкий щелчок в окно. Этот наглец решил бросать камешки! Она зажмурилась, отчаянно желая проснуться.
– Я знаю, что ты дома! – послышался крик Ника с улицы. – Я не уйду! До утра буду здесь ждать!
– Проклятье! – в сердцах воскликнула Колетт, понимая, что не сможет уснуть, зная, что он там под дождем.
Она распахнула створку и выглянула наружу. Ник, вымокший до нитки, стоял прямо под окном.
– Уходи домой! – крикнула ему Колетт и для верности махнула рукой.
– Нет, – упрямо отозвался Ник, вскидывая голову и щурясь от потоков воды. – Я хочу поговорить! Буду звать тебя всю ночь и перебужу всех соседей!
– Упрямый мальчишка! Это нечестно! – Колетт закрыла окно и рассерженно плюхнулась на кровать, сложив руки на груди.
Решимость, овладевшая ей минуту назад, быстро испарялась. Не может же он действительно ждать там до утра? Устанет и уйдет. Но Ник не покинул своего места ни через пять минут, ни через пятнадцать. Нервы больше не выдерживали. Каждая секунда ожидания тянулась как час.
– Ну я ему устрою! Каков наглец! – распаляла себя Колетт, спускаясь вниз. Она жутко боялась своей слабости рядом с этим парнем.
Колетт решительно распахнула входную дверь и поежилась. Выглядела она совсем незащищенной в легкой домашней одежде: на ней были лишь короткие шорты и длинная серая футболка Ника. Незачем надевать пальто, если она собирается сказать всего лишь пару слов.
Дождь лил с неистовым рвением, будто пытаясь перевыполнить месячную норму за один вечер. Капли быстрым потоком стекали по лицу Ника, но тот, казалось, этого не замечал. Его грудь тяжело вздымалась, а взгляд прикован лишь к Колетт. Женщина распахнула небольшой зонт, который всегда лежал на страже у входа, и выскользнула из-под защиты навеса у порога. Ливень опасно забарабанил по тонкой плащевке, грозя порвать зонт. Купол не мог скрыть тело Колетт: капли попадали на голые колени и скользили вниз по ногам.
– Ник, прекрати! Ты заболеешь! – крикнула она, подходя, но ее голос тонул в музыке дождя.